Книга Против канона. Счастливый финал для моего злодея, страница 104 – Мирослава Меленская

Дворцовый Шифр Империи Вэй.

Мои руки тряслись так, что я едва смогла схватить блокнот и ручку со стола. Я начала лихорадочно переписывать иероглифы прямо с экрана, молясь, чтобы администрация сайта не удалила «забагованную» главу до того, как я закончу.

На расшифровку ушло три часа. Когда за окном начал брезжить тусклый, серый рассвет, я смотрела на исписанный лист бумаги, и внутри меня, словно феникс из пепла, поднималась такая яростная, жгучая волна надежды, что мне стало жарко.

Послание гласило:

«Океан Пустоты разорвет меня, если ты не откроешь «дверь». Система мироздания твоего мира отторгает магию, но резонанс крови вечен. Мне нужен маяк, Мэйлин… Ю Ра. Зеркало Слияния. Серебро, кровь и боль. В день затмения я разрежу грань. Стань моим якорем. Или этот мир станет моей могилой».

Я выронила ручку.

Он жив! Он существует, и он помнит! И ломает саму структуру реальности, чтобы прорваться ко мне…

Я бросилась к окну, распахивая его настежь. Холодный ветер ударил в лицо.

Затмение.

По новостям передавали, что полное лунное затмение произойдет ровно через трое суток. У меня было ровно семьдесят два часа.

Семьдесят два часа, чтобы вспомнить всё, чему меня учила Тьма, и создать магический якорь в мире, где физика диктует свои жесткие, непреклонные законы.

Я больше не была слабой, изломанной аварией и девушкой с «ПТСР». Во мне проснулась Вэй Мэйлин. И я собиралась вытащить своего Темного Императора из Бездны, даже если мне придется голыми руками разобрать эту квартиру по кирпичику.

Ю РА

Семьдесят два часа.

Для человека, живущего обычной жизнью, это может показаться всего лишь длинными выходными. Для меня это стало обратным отсчетом до конца света. Или до его начала.

Я больше была не просто Кан Ю Рой, чудом выжившей после аварии. Во мне пульсировала кровь Императрицы Тьмы, пусть этот мир и упорно отказывался это признавать.

Первые сутки ушли на поиски. Я опустошила свою кредитную карту до абсолютного нуля, бродя по узким, залитым дождем улочкам антикварного рынка в Инсадоне. Мне нужно было серебро. Не ювелирные сплавы из торговых центров, а чистое, старое серебро, которое впитывало энергию столетий. Я скупила потемневшие от времени подносы, тяжелые канделябры, старинные монеты.

Продавец в одной из лавок, сухонький старик, с тревогой посмотрел на мои бледные, дрожащие руки, когда отдавал мне тяжелый пакет.

— Девушка, зачем же вам столько лома? На улице штормовое предупреждение, вам бы домой, в тепло.

— Я и строю дорогу домой, — ответила я, глядя сквозь него.

Вторые сутки превратились в ад кустарной металлургии.

Моя маленькая сеульская квартира превратилась в мастерскую сумасшедшего алхимика. Я сорвала пушистый декоративный ковер в гостиной, обнажив голый бетон. На газовой плите, в чугунном котелке, плавилось антикварное серебро. Жар стоял невыносимый. Токсичный дым разъедал глаза, я кашляла до рвоты, но не останавливалась ни на секунду.

Физика Земли отторгала саму идею магии. Мир сопротивлялся.

Лампочки в квартире лопались одна за другой. Проводка искрила. Вода в трубах выла, словно живое существо. Мое собственное тело, едва восстановившееся после травм, начало сдавать. Из носа то и дело шла кровь, голова раскалывалась от мигрени, но стоило мне закрыть глаза, как я видела Его.