Книга Разрушь меня. Разгадай меня. Зажги меня, страница 271 – Тахира Мафи

Джеймс говорит ему что-то в ответ, но я не слышу его слов.

На меня внимательно смотрит Адам.

Он смотрит на меня и не пытается скрывать этого. Он не отворачивается. Он не произносит ни единого слова. Его взгляд скользит от моих глаз чуть вниз, задерживается на губах немного дольше, чем следовало бы. Наконец он отводит глаза, но лишь на секунду. В следующее мгновение он опять смотрит на меня. Теперь его глаза стали глубже. И в них читается голод.

У меня начинает болеть сердце.

Я вижу, как передвигается его кадык. Как вздымается и опускается его грудь. Я вижу напряженную линию его нижней челюсти и подбородка. Я замечаю и то, как неподвижно он сидит. И при всем этом он не говорит, он ничего не говорит.

Мне так отчаянно хочется коснуться его.

— Умница! – Кенджи покачивает головой и смеется над какими-то словами Джеймса. – Ты знаешь, я ведь не совсем то имел в виду. Впрочем, – вздыхает он, – мы с таким безумием еще не научились справляться. Мы разделаемся с Андерсоном только тогда, когда будем готовы захватить власть сами. Это единственный способ поступить правильно.

Адам резко поднимается со своего места. Он отодвигает миску с едой, к которой так и не прикоснулся, и прокашливается. Смотрит на Кенджи.

— Значит, вот почему ты не убил его, когда он находился прямо перед тобой.

Кенджи в смущении чешет затылок:

— Послушай, приятель, если бы я знал, что…

— Забудь об этом, – обрывает его Адам. – Ты сделал мне одолжение.

— В каком смысле? – удивляется Кенджи. – Эй, дорогой мой, ты куда это собрался…

Но Адам уже выходит из столовой.

Я следую за ним.

Я иду за Адамом по пустому коридору, ведущему от столовой, хотя при этом понимаю, что мне не следует этого делать. Я понимаю, что не должна была с ним так говорить, что не нужно поощрять свои чувства к нему, но теперь я обеспокоена. И не могу с собой совладать. Он уходит в себя, удаляется в мир, куда я не могу проникнуть, и я его в этом не виню. Я только могу представить себе, что именно он испытывает сейчас. То, что он недавно узнал, могло бы свести с ума более слабого мужчину. Но хотя в последнее время мы научились неплохо работать вместе, именно из-за бесконечных стрессовых ситуаций у нас с ним и не оказалось времени для выяснения личных отношений.

И мне очень важно знать, что с ним сейчас все в порядке.

Я просто не могу перестать заботиться о нем.

— Адам!

При звуке моего голоса он останавливается. И напряженно застывает на месте от изумления. Он поворачивается, и я вижу, как меняется выражение его лица от надежды до смущения, переходящего в волнение. Все это происходит за считаные секунды.

— Что случилось? – спрашивает он. – Все в порядке?

Неожиданно он встает передо мной во весь свой рост, и я утопаю в воспоминаниях и чувствах, которые я и не старалась забыть. Я пытаюсь вспомнить, о чем же я хотела с ним поговорить. И почему вообще я сказала ему, что мы не можем быть вместе. Почему я должна отказываться хотя бы от нескольких секунд полного счастья в его объятиях? Но тут он повторяет:

— Джульетта, что с тобой? Что-то произошло?

Мне очень хочется ответить, что, да, произошло нечто ужасное, и мне плохо, очень плохо, я так устала, и мне хочется упасть в твои объятия и замереть, забыть обо всем остальном мире. Но вместо этого мне удается посмотреть ему в глаза и встретиться с ним взглядом. Его глаза такие темные, такого особого синего оттенка, который может преследовать тебя всю жизнь.