Книга Лишняя невеста Волка, страница 45 – Марьяна Снежинская

Мне было не до бесед, тем более не до решения чужих проблем. В голове все больше места занимал образ Вероники. Ее глаза зачаровывали, они были полны магнетизма, и я ничего вокруг не видел, кажется, кроме нее.

Меня тянуло к ней… но я сопротивлялся. Отголоски разума еще присутствовали, чтобы не сорваться с места, вызвав гнев преподавателя.

Макс еще несколько раз пытался заговорить со мной, но я отнекивался, стараясь избегать его общества.

Волк внутри только иногда выл, совсем тихо, слабо так, что его почти не было слышно.

Зато голос Вероники, ее сладкая улыбка и манящие движения стояли перед глазами, будто она сама была вот здесь, стоило лишь руку протянуть и коснуться. Моргал, чтобы прогнать видение, но сам одновременно с жадностью хотел, чтобы она не исчезала, а зазывно улыбалась, проверяя меня на прочность.

Еле дождался окончания пар и, выскочив в коридор, обегая толпу ленивых студентов, я чуть не столкнулся с ректором.

Волк попытался рыкнуть, но я почти его не слышал.

— Ее нет практически неделю, — говорил он какой-то женщине.

Мне показалось, или я видел ее ранее? В принципе имело ли это значение в ту минуту!

— Но это ваша дочь! — продолжил он, пока незнакомка темными глазами сканировала его образ.

Обычная… только волк тихо ощетинился.

— Что значит сбежала? — он обернулся, нервно дернув плечом.

Всем было плевать. Народ спешил смыться из этих стен, а я замер возле какого-то плаката на стенде.

Зачем тебе это, Ник?

Но волка что-то держало. Слабо, с легкостью можно было сдвинуться с места и уйти, но тот внутри меня боролся, стараясь победить человека.

Мы стали порознь с ним словно внезапно. И я на мгновение подумал, а как мы уживемся в одном теле теперь? Эти ощущения были мне незнакомы, и на миг я испугался, а потом… снова пелена какая-то, отгораживающая меня от мыслей ненужных.

— Она нездорова, — произнесла та, — может быть, опасна. Если появится, сообщите.

— Вы подали заявление?

— Нет, нельзя. Это напугает ее.

Я уверен был, что речь шла о Лоранс.

Стало не по себе, только вместо желания защитить, проснулось совершенно другое. Однако, волк не оценил его… он оскалился, будто кто-то неосторожно наступил тому на хвост… Но человеку во мне было уже плевать!

Он знал наверняка, чего хотел. И желания волка учитывать не собирался, кажется.

С каждым днем я видела в глазах Ника, как медленно угасало пламя. Вместе с ним из него выходила и сама жизнь. Он не понимал, не видел, не замечал, как вокруг все менялось. Его реальность искажалась, она становилась другой, но мы оба были слишком беспомощны, чтобы перевернуть этот мир. Я не имела права, он, наверное, желания.

Знала лишь одно — все поменялось после того вечера. Смотр, кажется.

У его мамы я не решалась спрашивать. Достаточно того, что она проводила со мной много времени, будто себя виноватой в чем-то чувствовала. И мне от этого было неловко.

Я здесь лишняя, ненужная, чужая. И самое разумное — уйти.

Только как? В этом месте даже деревья за окном казались живыми.

Да и идти мне некуда. Домой нельзя. Точно.

От одной мысли волоски на коже вставали дыбом, страх обжигал, и я готова была, уткнувшись в подушку, разреветься. Она еще хранила запах Ника, это и удерживало, наверное. Спасало, когда становилось совсем не по себе.