Книга Невинная соседка для бандита, страница 6 – Ася Любич

Как же быстро привыкаешь к хорошему и как тяжело после этого возвращаться в свою серую, убогую реальность.

Еле передвигая ноги, поднимаюсь на свой этаж, мечтая только об одном — упасть на кровать и провалиться в сон. Но прямо у дверей меня ждёт сюрприз.

— О, страшила, вернулась? Это ты только с учёбы? — мой пациент, так я о нём думаю, встречает меня на площадке между квартирами.

— О, страшила, вернулась? Это ты только с учёбы? — мой пациент, так я о нём думаю, встречает меня на площадке между квартирами.

— После работы. Я ж медсестра в областной больнице.

— Точно, слышал что-то такое. Ну что, перевязка?

— Вы поэтому ждёте тут?

— А ты думала, я воспылал к тебе любовью и как дебил сижу на холоде?

— Нет, конечно! Пойдёмте, перевяжемся. Только с вас сто тыщ.

Сосед, Кирилл, точно не сказать чтобы прям сильно удивился, но посмотрел на меня иначе, с лёгкой долей отвращения. Или не с легкой.

— Понял. Куда переводить? — берёт он телефон, а я в шоке от того, как легко он согласился.

У него та-а-ак много денег?

Я называю номер ублюдка Лаврова и скрещиваю пальцы. Неужели всё так просто? Неужели этот подонок от меня отвяжется?

— Всё? — показывает он мне перевод.

Я, тряхнув волосами, чувствую, как меня изнутри подбрасывает от радости и эмоций. Пишу Лаврову, получил ли он перевод. На что он присылает две буквы: «ОК».

— Да, всё отлично. Пойдёмте посмотрим, как ваша рана.

Мы проходим в квартиру.

Я радостная после того, как получилось рассчитаться, а сосед немного угрюмый.

Но странное дело: как только дверь закрывается, сосед толкает меня к стене и вжимает всем телом.

Я от неожиданности задыхаюсь, не могу пошевелиться.

А его руки, как щупальца, начинают лезть везде, где только можно...

И я поверила, что он нормальный?! Что хоть кто-то может быть в моей жизни нормальным?

— Что… Что вы делаете?! Перестаньте, пожалуйста!

— Сто тысяч, детка, — это не двадцатка, которую я пихнул твоим родителям. Придётся не только перевязать, но и отсосать.

— Нет! Нет! Я не хочу, я не умею, я никогда не делала! — бьюсь как рыба в силках, чувствуя, как страх заполняет каждую клетку организма. — Пожалуйста, не надо! Я девственница!

Он на мгновение перестает лезть мне под одежду, тормозит и дергает мое лицо на себя.

— Да ладно? Целка?

— Ну, вы же сами сказали, — задыхаюсь. — Что я страшненькая.

— И что? Была в роддоме, знаешь, какие рожают, — тут он отваливается назад, чуть пошатываясь. — Бля…

— О Боже, кровит, быстрее ложитесь! — тащу его на себе в кровать, задираю футболку и смотрю на запекшийся от крови пластырь. — Вы совсем дурак… У вас же может быть заражение.

— Не ори, лучше дай выпить.

Еще один алкаш. Не жизнь, а сплошной парад собутыльников.

Я привычными движениями делаю перевязку, чувствуя, как тяжёлый взгляд соседа скользит по моим рукам, лицу.

— Чё, правда целка?

— Да боже, вам справку от гинеколога дать? Готово. Вам бы лежать несколько дней, а не скакать.

— Лежать я могу, только если сплю, — поднимается он резко, а я выбрасываю кровавые бинты со злости.

Историй про таких пациентов вагон и маленькая тележка. Они думают, что всесильны, а потом возвращаются с воспалениями и перитонитом. И нередко умирают, если обратились слишком поздно.

— Ещё раз спасибо за деньги.

— Зачем тебе такая сумма?