Книга Вдохновение с побочкой, или Через строчку – в другой мир, страница 184 – Юлианна Клермон

Разумовский вдруг повернулся ко мне и окинул меня серьезным, немного обеспокоенным взглядом.

— У Вас всё в порядке?

Я молча кивнула и опустила глаза, а он аккуратно взял меня под локоть и с некоторой долей сарказма сказал:

— Знаете, Маргарита Андреевна, Вы просто неисправимы, – мужчина подхватил со стола так и не распотрошённую сумочку и потянул меня к выходу. – Умеете находить приключения на ровном месте. И даже, не успев вернуться с больничного, нашли возможность поскандалить и нажить себе неприятности.

Я вспыхнула, на секунду забыв недавнюю радость от встречи. Вот уж кто неисправим на самом деле. Даже сейчас умудряется читать мне нотации, хотя я сложившейся ситуации выступаю в роли жертвы, а не агрессора.

Я собиралась выплеснуть на мужчину весь запас язвительных реплик, вырвать локоть из его крепкого захвата и, расправив узкие плечи, гордо уйти в закат. И даже успела открыть рот.

Но стоило мне взглянуть на него ещё раз, как перед глазами промелькнули дни, проведённые в другом мире: как сильно я тогда хотела домой, как часто находилась на грани отчаяния, хотела сдаться, и только одна-единственная мысль продолжала держать меня на плаву и толкать вперёд – мысль о нём. О Глебе Сергеевиче Разумовском, моём вечно бе́сящем безопаснике, моей личной ледяной глыбе, моём любимом мужчине.

Несмотря на все страхи и сомнения, его имя было для меня последним оплотом, за который я цеплялась. А теперь... Теперь вот он – рядом со мной, такой тёплый, живой, родной и близкий. А я... Я, возможно, действительно перегнула палку. Как там, перефразируя знаменитый мультик: это почему я раньше такая злая была, – потому что рядом со мной Разумовского не было.

Я посмотрела на Глеба и почувствовала, как успокаиваюсь.

В конце концов, один раз живём!

— Глеб Сергеевич, хватит уже Вам быть букой. Я Вас совершенно не боюсь. Лучше пригласите меня в кино.

Разумовский резко остановился и повернулся ко мне.

И вот он – мой час триумфа! Первая живая эмоция на этом красивом, но таком хо́лодно-отстранённом лице. И она мне очень понравилась, потому что это было изумление, следом за которым сразу же последовала... улыбка. Тёплая, ласковая и немного насмешливая.

Вот теперь я абсолютно точно поняла Марго. Если она видела герцога Ровенхолда именно таким, у неё даже не было шансов, чтобы в него не влюбиться.

— Маргарита Андреевна... Рита... – мужчина, между тем, взял меня за руку и, склонившись надо мной, проникновенно произнёс: – Можно пригласить тебя в кино?

Я рассмеялась и кивнула.

— С тобой, Глеб, хоть на край света.

И хоть в другие миры.

Рита

Месяц спустя

Я сидела перед экраном ноутбука. Пальцы лихорадочно снова́ли по клавиатуре, ведь в заключительной главе моей книги происходили очень важные, в том числе и для меня, события.

Целый месяц, в перерывах между работой и свиданиями с Глебом, я писала. Переплетала в строчках события, которые произошли со мной на самом деле. Сердце нетерпеливо билось: я ждала, когда, наконец, смогу перейти к эпилогу. Я не знала, что произошло с моими друзьями после того, как покинула их мир. Только надеялась, что Радилак сдержал своё слово, и моя магия действительно помогла воссоединиться тем, кто так и не смог пережить расставание.

Поэтому эпилог я решила написать таким, каким представляла его в своих мечтах.