Книга Предельные Чертоги, страница 79 – Ян Бадевский

— Не только? — свет дня резанул по глазам.

— Мастера часто работают на заказ, — пояснил Вячеслав. — Снабжают клинками городские власти и тех, кто этого хочет.

— Зачем?

— Доходное дело.

Вячеслав закрыл дверь и посмотрел на свою ученицу. Навсикае показалось, что взгляд мастера был… оценивающим.

— Ты готова?

— Конечно.

Вячеслав хмыкнул.

— Ты не готова. Знаешь, защитить Мерт будет нелегко. Для этого придется убивать. Маленькие девочки не должны убивать, у них другое предназначение. Но порой выбора не остается. Понимаешь?

Навсикая неуверенно кивнула.

— Драться ты умеешь — Антоний рассказал мне о… стычке в порту. Но отнять жизнь у другого человека… Это совсем другое. Когда это случится, ты изменишься навсегда.

Навсикая часто думала о смерти в последние дни. Вячеслав озвучил терзавшие ее страхи, не более. Хотела ли она смерти других людей? Нет. Убивать без необходимости — неправильно.

А если придется?

Ответа на этот вопрос у Навсикаи нет. Когда наступит этот день… Пусть он наступит когда-нибудь потом.

— Что ж, — Вячеслав положил руку на плечо девочки. — Тебе пора. Поешь, накорми Хрума. Собери вещи. И — в дорогу. Медлить нельзя.

— А вы?

— Мне нужно решить кое-какие дела на террасах. Встретимся внизу.

Они двинулись по тропе, проложенной бесчисленными поколениями послушников и мастеров ножей.

— Переночуй в доме Гильдии, — сказал Вячеслав на краю обрыва. — В полдень ты должна быть у Гнезда.

Мерт часто вспоминала день своего прихода в клан. Вместе с Сато ей пришлось покинуть Аррун и двинуться в сторону Урк-Дагота. Путники выглядели неприметно — потертая дорожная одежда, соломенные шляпы, выгоревшие на солнце вещевые мешки. Сато опирался на посох, внутри которого скрывались выдвижные лезвия. Мерт была безоружной.

Дважды они присоединялись к купеческим караванам, но чаще передвигались пешком. Ночевали под открытым небом или на постоялых дворах крохотных поселков. Поначалу идти было легко, но потом местность стала меняться. Тропа врезалась в горные районы, примыкающие к Урк-Даготу. Тело Мерт ныло от ежедневных марш-бросков. Ноги, обутые в деревянные сандалии, сбились в кровь.

За день до прибытия в рю Сато завязал девочке глаза.

— Я не могу рисковать, — сказал пекарь, — наш лагерь веками скрыт от посторонних взглядов.

Остаток пути Мерт проделала в кромешной тьме. Когда повязку сняли с ее глаз, выяснилось, что Сато исчез. В пути тюнин передал Мерт человеку, стоявшему рядом. Больше девочка пекаря не встречала.

Вокруг простирался лагерь.

Мерт увидела высокие стены, окружавшие обширный двор. За северной стеной земля вздыбилась. Горный склон порос лиственницами и кедром. За спиной Мерт высились деревянные ворота, опорные столбы которых были выкрашены в зеленый цвет.

— Идем, — сказал человек.

Это был молодой парень лет двадцати. Худой, низкорослый. С незапоминающимся лицом.

Они двинулись к строению с плоской крышей, края которой загибались вверх.

Додзё.

Территория лагеря была поделена на сектора. Гэнины учились бою на мечах, стрельбе из лука, метанию сюрикенов и чакр. Кто-то карабкался по деревьям, кто-то — по скальным уступам. Обстановка умиротворяла: гравиевые дорожки, кусты горной куманики, фруктовые деревья, каркасы оранжерей… Только вместо фермеров — убийцы.