Книга Ярость на краю империи, страница 91 – Ян Бадевский

Стена пламени отгородила меня от мира.

Я успел сделать несколько шагов, и это спасло подошвы моих ботинок. К слову, я начал носить обувь с каббалистическими вставками, защищающими от стихийных атак. И сейчас мог по достоинству оценить дальновидность Михалыча, предложившего такое решение.

Знаки с трудом выдержали атаку.

Уплотнившись в нескольких метрах от зоны удара, я почувствовал, как подошвы нагрелись.

Быстро осмотрелся.

Маро куда-то исчезла, я не мог понять, где она вообще находится. Пирокинетик должен стоять неподалёку. Такова природа их Дара — объект воспламенения должен быть в поле видимости.

Урода я заметил сразу.

Ну, почти сразу.

Метрах в двадцати от меня, у края парковки, на уровне человеческой головы сверкнуло лезвие. Меч невидимого воина вычертил кровавую линию, раскрасил красным кузов белой легковушки. Пелена невидимости спала, и безголовое туловище рухнуло на асфальт. Лишь на краткий миг я успел разглядеть очертания женской фигуры. Лезвие катаны, вне всяких сомнений, принадлежало бессмертной.

Сменив хват и убрав клинок за спину, Маро растворилась в воздухе.

Я невольно восхитился своей телохранительницей.

Вот сейчас она творила вещи.

Вернув себе проницаемость, я обогнул машину по широкой дуге. Ну, не машину, а то, что от неё осталось. При обычных обстоятельствах тачка уже взорвалась бы, положив меня и нанеся серьёзный ущерб соседям. Но шар огня был настолько концентрированным, что такси молниеносно превратилось в пепел.

Я впервые увидел такое дерьмо.

Чёрный каркас под внезапным порывом ветра, осыпался мелкой пылью.

Выхватив пистолет из кобуры, я выпустил три пули в смазавшуюся справа реальность. Стрелял на опережение, по маршруту следования. Две пули срикошетили от стены здания, третья вышибла из мнимой пустоты кровавый фонтанчик. Мета, несущийся к точке, где только что стояла Маро, споткнулся. Иллюзион ещё работал, но фигура убийцы подёрнулась помехами. И я всадил туда ещё две пули — в грудь и голову. Мужик рухнул на тротуар, маскировка выключилась.

Через секунду слева от меня кто-то запустил кровавую мясорубку.

Очередной невидимка попытался зайти под прикрытием, и он тоже был метой. Во все стороны полетели ошмётки — куски рук, пальцы, осколки черепа, серые сгустки и красные капли. В игру вступила Хорвен.

Гончая вообще воспринимает людей в ином свете.

У неё гораздо больше органов чувств.

В данном случае биомех среагировал на тепло. Или на массу. Понятия не имею, на что именно, вот только моим оппонентам не поздоровилось.

Хорвен тут же подключила меня к трансляции.

Я увидел парковку, площадь и здание центра в принципиально ином свете. Больше оттенков. Движущиеся фигуры, выглядевшие как в тепловизоре. Оценка агрессивности. Теперь я видел Маро. Застывших в микроавтобусе людей. Разбегающихся случайных прохожих.

И больше никого.

Мы всех перебили.

Вдалеке послышался звук полицейских сирен. Я понял, что катастрофически не успеваю перебросить в Горгиппию своих людей для экспертизы. Значит, придётся давать на лапу стражам порядка, выкупать у них тушки убийц и прикрывать расследование. А ещё — компенсировать таксисту стоимость его тачки.

Вздохнув, я направился к микроавтобусу.

Своих консультантов, Алису и Германа, я отправил в «Геракл». Заказал межгород, вызвал Байта Мусаева и нескольких диверсантов. Попросил Доброго Эха перебросить в Горгиппию мастера Багуса.