Книга Столица на краю империи, страница 55 – Ян Бадевский

Когда пансионат накрыло тьмой, и зажглись шаровидные фонари, к нам заглянул Барский.

Я стоял в проёме додзё, вдыхая морозный воздух. Маро медитировала. Мастер Мерген о чём-то беседовал с ланистерами. Их голоса были тихими, деликатными. Все понимали, что бессмертной нельзя мешать.

— Нашли что-нибудь? — лениво поинтересовался я.

— С его вещами поработал наш ясновидец, — на лице графа не было ни капли радости. — Все вещи чистые. Я бы сказал, одноразовые.

— Это как?

— А вот так, Сергей. пришёл в магазин, купил, переоделся — и сразу в «Арену». Никаких контактов, звонков, разговоров. Вообще ноль зацепок.

— Ну, а вы чего ждали.

— Примерно того и ждали, — хмыкнул граф. — Но есть ещё одна интересная деталь.

— Вы на кинжал намекаете, Артур Олегович?

— Догадливый.

— А тут простая арифметика. Шиноби, притворившийся журналистом, пролез через все ваши линии обороны. И не просто пролез, а ещё и оружие протащил. Металлодетекторы не сработали.

— Само собой. Потому что ножик этот из обсидиана, да ещё и Знаками усилен.

— Выглядел, как стальной.

— Мы тоже сначала на это повелись.

— Хорошо. Но вы же понимаете, что у нас только один вариант заказчика? В финале против Маро — Дом Рыси. Больше это никому не нужно.

— Это лежит на поверхности, — согласился начальник СБ.

Через пару секунд я уточнил:

— А что под поверхностью?

— Никто и никогда не выигрывал Большой Турнир автоматически, не взяв в руки оружие. Если бы Маро не вышла на Арену — её бы заменил кто-то из полуфинала. И тут уже больше вариантов, не находишь?

Как ни странно, этот разговор надолго врезался мне в память.

А ещё мне не давал покоя Томилин. Веяло от этого типа какой-то подставой. Не мог он быть таким шустрым. Я дрался с левитаторами, они хороши, но ограничены силой инерции. При всех своих воздушных разгонах и резких торможениях не могут одновременно контролировать бой на приемлемом уровне. Ладно, могут, но не идеально. В отличие от бесов. И да, скорость владения копьём никак не связана с левитацией.

Про Томилина мы заслушали вечером целый доклад от Барского. Всё сводилось к тому, что этот персонаж был мелкопоместным дворянином, и в клане он давно, уже во втором поколении. Левитация культивируется на протяжении трёх веков, что правдоподобно. Великим воином Томилин никогда не считался, но сам заявился к ланистерам, прошёл все отборы и был включён в сборную. Вся эта история казалась мне слишком… причёсанной. Как будто мужику написали биографию с нуля и скормили двойным агентам, работающим на Барского.

Ночь прошла спокойно, без происшествий.

Меня подключили к сонному конструкту Эфы, где я отлично провёл время на яхте. Байт Мусаев подменил меня на ночном дежурстве, переместившись через иные измерения прямо в комнату. Никто об этом, разумеется, не знал. Кроме Маро. Утром диверсант меня разбудил, а сам растворился в зимних тенях.

Через несколько часов мы уже сидели под куполом Арены.

Сектора заполнялись болельщиками.

— Определились с оружием? — я посмотрел на Мергена, который выглядел совершенно спокойным и уверенным в результате. — Копьё?

— Иванов, это слишком скучно. Взять тебе и просто это выложить… Жизнь — это страдание, порождённое нашими желаниями. В данном случае — желанием много знать.

Пожав плечами, я отвернулся.