Книга Страх на краю империи, страница 45 – Ян Бадевский

Грубин даже близко не был аристократом, но упорно игнорировал элементарные нормы вежливости. Ни тебе «вашего благородия», ни хотя бы имени-отчества. Я ж говорю, если в прошлом человек кем-то управлял, это навсегда. Замашки остаются.

— Вот об этих твоих гляделках, — Грубин ткнул обличающим перстом в ближайшую камеру. — Везде же понатыкали! Совесть у вас есть, ироды? Шагу ступить нельзя, чтобы за тобой не подсматривали!

— Камеры ещё не подключены, — резонно заметил я.

— И что? — лицо старого маразматика помрачнело. — Так подключите, тут к гадалке не ходи! И на въезде, и в посёлке, и возле почты! Я на вас жалобу напишу!

— Все разрешения у нас есть, — отрезал я.

— На своих землях командуй, — прошипел старик. — А общественные территории не трожь! Это места общего пользования. Эх, я таким как ты, спуску в муниципалитете не давал. Я…

— Павел Яковлевич, — перебил я. — Муниципалитет выдал разрешение. С Домом Эфы всё согласовано. У вас шансы нулевые. Хоть Матери Гидре пишите, мне пофиг.

От неожиданности пенсионер раскрыл рот.

Закрыл рот.

Сейчас он был похож на рыбу, выброшенную штормом на песок.

— Ты… Ах ты…

— Я, — на моём лице появилась спокойная улыбка. — Делаю всё, чтобы посёлок был в безопасности. Потому что СБ Трубецких больше здесь за порядком не следит. И ваша защита, Павел Яковлевич, это я и мои камеры.

Старик презрительно фыркнул.

— И кого ты можешь защитить? Ты же школьник.

Пожимаю плечами и отворачиваюсь, давая понять, что разговор окончен.

В спину доносится:

— Я это так не оставлю! Найдётся и на тебя управа!

Выбросив хмыря из головы, я двинулся в обратном направлении.

Есть люди, для которых поругаться с кем-то — смысл жизни. Казалось бы, живёшь в субтропиках, дышишь чистейшим горным воздухом, питаешься свежими фруктами и овощами. Чего ещё желать пенсионеру в Российской империи? Пенсию бывшим чиновникам муниципалитета Эфа платит приличную. Дом этому правдорубу подарили ещё в сытные времена. А, может, и не подарили. Уверен, на взятках и откатах он столько набрал, что ещё и апартаментов на первой линии себе понастроил, чтобы иметь доход рантье. Сиди себе, газетки почитывай, рыбу лови, гуляй по склонам… Вон местные аксакалы в парках находят себе занятия по вкусу. В нарды рубятся, шахматные турниры устраивают…

Размышляя таким образом, я чуть не пропустил важный звонок от Аркусов.

На том конце провода послышался голос Николая Филипповича:

— Сергей, возникли… хм… необычные проблемы.

Я насторожился:

— Какого рода проблемы?

Мой финансовый директор помедлил, прежде чем ответить:

— Поставщики отказываются с нами работать.

Спокойно, Крикс.

Вдох-выдох.

— Все, что ли?

— Нет, не все, — Николай Филиппович явно подбирал слова. — Пока некоторые. Но это не единичные случаи, к сожалению.

— Приведите примеры, Николай Филиппович.

— Охотно. Официальный представитель концерна «Буш», а это холодильники, микроволновки и прочая бытовая техника. Обувь «Сандерс», прочная и непромокаемая, в дождь её все носят. Плащи и штормовки «Букер». Линия косметики «Кристиан Демье». Детские игрушки…

Я начал догадываться, откуда ветер дует.

— А случаем эти торговые марки не из Британии?

Николай Филиппович, видимо, сверился со своими записями — в трубке зашуршала бумага.

— Не все, но большинство.