Онлайн книга «Убийца на краю империи»
|
Всё же, подумал я, проходя мимо праздничных огней, есть много общего у этой реальности и той, где я перерождался на протяжении двух тысячелетий. Несмотря на Предтеч, бессмертных, артефакторику и сверхспособности. Инженерная мысль и здесь, и там работает в схожих направлениях. Прошагав ещё метров сто, я понял, что нахожусь в правильном месте. Джан сказала, что скамейка расположена между автоматом с газировкой и небольшой скульптурой, изображающей сланцы на яйцах. Странная композиция, но легко запоминающаяся. Нам повезло. Скамейка пустовала. Я неспешно направился дальше, затем притормозил, глянул на наручные часы и свернул в парк. Мне пришлось пересечь велосипедную дорожку, по которой носились любители экстремальной езды на одном колесе и детишки на самокатах. Меж двух пальм был растянут гамак, в который я и забрался, положив рюкзак на траву. В рюкзаке я держал кусаригаму с кастетом. Первую — на случай масштабного столкновения, второй — если противники будут не очень крутыми. С моей позиции отлично просматривалась скамейка, к которой прямо сейчас подходила Джан. Осмотревшись, девушка присела на край, достала из своего рюкзачка свёрток с оружием, затем присела на корточки и начала возиться, закрепляя пакет изолентой. В тусклом свете фонарей было неясно, что она делает. Темнота скрадывала движения, и выглядело всё так, словно человек потерял ключи или ещё что-нибудь. Выпрямившись, Джан ещё немного посидела на скамейке, затем поднялась, оправила платье и отошла в сторону, слившись с толпой. Я, кстати, отметил, что сегодня девушка решила надеть красивое летнее платье — бирюзовое, чуть выше колен, смахивающее на тунику. Поскольку многие девушки Фазиса носили такую одежду, я понял, что это новый тренд. Сейчас свет фонаря падал прямо на Джан, которая остановилась рядом с тележкой мороженщика. Чуть не пропускаю момент, когда к скамейке быстро приближается худой парень лет двадцати. Чувак одет в клетчатые брюки и джемпер, ботинки с такого расстояния не рассмотреть. Впрочем, меня ботинки не интересуют. Первым делом я оценил отсутствие чехлов, барсеток или рюкзаков. Мудак явился налегке, быстро нагнулся, отлепил конверт и зашагал влево, максимально ускорившись. Выпрыгиваю из гамака. Подхватываю рюкзак и бросаюсь вслед за клетчатыми штанами, стараясь не упустить придурка из виду. Джан дёрнулась в нашу сторону, но я махнул рукой и бросил на ходу: — Вали домой. Я займусь. Если что-то должно пойти через жопу, оно пойдёт через жопу. Набережную постепенно накрывает шумом прибоя. Ветер свежеет и усиливается, я же стараюсь не отставать от Батура и одновременно идти прогулочным шагом. Раньше времени привлекать к себе внимание ублюдка не стоит. Парень в клетчатых штанах идёт быстро и уверенно. Оглянулся он всего пару раз, просканировал цепким взглядом толпу на набережной, но опасности не заметил. Предсказуемо сворачиваем в парк, огибаем фонтаны и гранитный бюст неизвестного мужика с бакенбардами. Памятник подсвечен лампочками… За бюстом — некое подобие площади с развилкой из трёх-четырёх дорожек. Плещется искусственный ручей в мраморном русле, на лавочке целуется влюблённая пара, ещё кто-то воркует в беседке, окружённой кубическими кустами… Я потерял Батура. Так, он свернул за постамент, а потом исчез. Вряд ли чувак успел бы пересечь площадь, да и при повороте на дорожку слева я бы его заметил. |