Книга Здесь вам не клан 4, страница 105 – Ян Бадевский

Подношу большой палец к индикатору.

А вдруг всё проще, чем кажется?

Трогаю кружок.

...И происходит нечто невообразимое.

Прямо под моими ногами формируется портал. Я не успеваю среагировать, зацепиться за что-нибудь — вообще ничего не успеваю. Проваливаюсь в зыбкую линзу, на инстинктах группируюсь и уже в полёте дорубаю, что локация мне не нравится.

Приземляюсь на полусогнутые, перекатываясь, трогаю Йер — и раскладываю пистолет.

Вожу стволом из стороны в сторону.

Ничего.

Меня сбросили в бетонный куб, освещённый тусклыми лампами в решётчатых коробах. Портал исчез столь же внезапно, как и появился. Ни мебели, ни окон или дверей.

Внутри нарастает паника.

Кибермансер всегда готов к сражению, но что, если сражаться не с кем? Меня попросту замуровали. Хитрая ловушка, расставленная хозяевами архива, сработала.

Перевожу дыхание.

Спокойно, Макс. Если бы они хотели тебя убить, то сделали бы это менее изощрённым способом. Взгляни, под потолком имеется вентиляционная отдушина. Проведено освещение. Значит, это не гроб, а тюремная камера.

Кого ждали Романовы?

Тех, кто способен проникнуть в самое сердце Петергофа ради одного-единственного дела. Эмиссаров, подобных мне. Или очень крутых ребят из зарубежных разведслужб.

Делаю два шага к стене.

На ощупь — обычный бетон.

Так, попробуем спрогнозировать ход событий. Сейчас меня начнут мурыжить в этом склепе, брать на измор. Несколько часов. Может быть, сутки. Я буду страдать от одиночества, неопределённости, голода и холода. Захочу спать. Мочиться и испражняться придётся в углах. Когда мои мучители заявятся на допрос, то не буду стрелять и сопротивляться, а радостно брошусь их целовать...

Вышло иначе.

Через пару минут в стене напротив прорезалась сияющая ртутная линза. Портал расширился до трёх метров в поперечнике, и в комнату шагнули трое. Штурмовики, зашитые с головы до ног в чёрную броню. Круглые шлемы, непроницаемые забрала. Короткоствольные автоматы в руках.

Я остановил хронопоток.

Точнее, попытался остановить.

Хрономагия в каменном мешке не работала, хоть убейся об стену. Световые доспехи, кулак, меч — толку ноль.

— Оружие на пол, — раздался искажённый шлемофоном голос. — Руки за голову, лицом к стене.

Ага.

Разбежался.

Сдвинув рычажок «маузера», я вскинул руку и начал стрелять. Всадил добрый десяток игл в супостатов, но никто из штурмовиков на это не отреагировал. Иглы вышибали искры из бронированных пластин, рикошетили в разные стороны, выбивали цементную пыль из стен камеры, но никому не причиняли вреда.

Один из штурмовиков выстрелил мне в ногу.

Адская боль пронзила голень, штанина начала пропитываться кровью. Нога подкосилась, я упал. Последнее воспоминание — занесённый над головой приклад.

Удар.

Тьма.

***

Я пришёл в себя от лёгкого электрического укола.

Попытался встать, но не смог.

С трудом разлепил глаза и обнаружил себя в такой же убогой серой комнате, как тот склеп, где меня взяли. Разница крылась в нюансах. Появились дверь, металлический стол и два стула. Мягкий пластиковый стул с удобной спинкой — напротив. Жёсткий, привинченный к полу — подо мной. Мои запястья охвачены артефакторными браслетами и непостижимым образом прикованы к подлокотникам. Непостижимым, потому что я не заметил ни верёвок, ни скотча, ни цепей. Браслеты словно притянуло к стулу.