Книга Здесь вам не клан 1, страница 40 – Ян Бадевский

Зеленое свечение вокруг Ромы погасло.

— Марш к целителю, — отрезал дядя Архип. — После этого — на полигон. Никто не отменял тренировки. Вечером найдете меня в бильярдной. Вас ждет серьезный разговор. И неизбежное наказание.

Подростки смерили меня на прощание пылающими взорами и ретировались с площадки.

— Сурово, — заметил я.

— Ты ничего не помнишь, — грустно улыбнулся офицер, — но теперь понимаешь, что не так с нашим родом.

— Я застал Рому врасплох, — пожимаю плечами. — А против Татьяны использовал запретную технику.

— Ты двигался невероятно быстро, — кивнул дядя. — Притормозил время?

Пришлось кивнуть.

Я и без того спалился.

— Идем, — вздохнул Архип Илларионович. — Провожу тебя в медблок.

Мы двинулись в сторону полигона.

Проходя мимо тренажерной площадки, я невольно задержал взгляд на выжженном участке, в который угодил файербол. Шар проделал в покрытии миниатюрный кратер с неровными обугленными краями. Немного резины вплавилось в опоры шведской стенки и нижнюю перекладину. Удар пробил не только верхний слой, но и полимерную подложку, частично — гравий и грунт.

— Я одного не пойму, — нарушил молчание дядя. — Почему сюда не мчатся на всех парах фискалы? Ты дважды… ну, сам понимаешь. И — ноль реакции со стороны Особого отдела.

Вновь пожимаю плечами:

— Я не знаю, о чем вы.

Губы офицера тронула едва заметная усмешка.

— Конечно-конечно. Так, мысли вслух. И еще одна вещь, которая меня настораживает. Ты совершенно не похож на прежнего Виктора. Быстрый, резкий. Сила ничтожна, но дерешься технично. Ничего не боишься. Используешь местность в своих интересах. Раньше… ты избегал конфликтов. Чуть что — жаловаться отцу.

— Мне сложно возразить.

— Да-да, — полковник шумно вздохнул. — Люди, конечно, меняются под воздействием стресса и перенесенных испытаний, но чтобы настолько…

Чую — разговор сворачивает не в ту степь.

Чтобы сменить тему, я указал на обширное безлесое пространство слева от нас:

— Это полигон?

В моем мире военные полигоны гораздо больше, они предназначены для отработки тактических перемещений и учебных стрельб. Здесь, насколько я понял, всё скромнее. Вот только по периметру зоны распределены странные штуковины — матово-черные цилиндры, испещренные письменами. По размеру зона соответствует футбольному полю. Только я не заметил ворот, штанг, беговых дорожек и прочих спортивных сооружений. Просто земля с вырубленными и выкорчеванными деревьями.

— Да, — Архип Илларионович испытующе посмотрел на меня: — Ты не помнишь, для чего он?

Качаю головой.

— Здесь тренируются одаренные, — пояснил дядя. — Те, кто обладает Даром. Периметр полигона защищен артефакторикой, поэтому боевые заклинания не вырываются за его пределы.

— У меня вопрос.

Тропинка, по которой мы шли, продолжала углубляться в лесопарк.

— Задавай.

— Я слышал, что отец владеет магией света.

— Не только он, — кивнул дядя. — Наш род уже пять поколений специализируется на световых техниках.

— Тогда почему Таня била по мне огненным шаром? Мне кажется, огонь и свет — это разные типы магии.

— Правильно кажется, — дядя оценил мою наблюдательность. — Как ты, наверное, заметил, у меня две жены. Роман и Татьяна родились от первого брака, Лена — от второго. Чувства не имеют никакого отношения к выстраиванию генеалогических линий. Наш род подбирает жен, опираясь на техники, культивируемые их родами. Таким образом, мы не складываем все яйца в одну корзину. Рома унаследовал световую магию, Таня — огонь. Что касается Ленки, то она выраженный менталист — думаю, ты уже догадался.