Книга Школа смерти, страница 110 – Ян Бадевский

Я поднялся и пожал руку, протянутую для приветствия.

Ладонь Горина была крепкой и сухой.

Валентин Никифорович особо ко мне не присматривался. Думаю, он это сделал во время мнимой онлайн-конференции, получив из рабочего кабинета доступ к камерам наблюдения. А еще чувак пробил меня по своим каналам, выяснил всё про школьные разборки и конфликт с Шуйскими. Вероятно, он в теме махинаций Адамсов по избавлению меня от мстительного папочки Керта Вагнера. Его реплика про испарившиеся записи камер явно не с потолка взялась. Явный намек на осведомленность.

— Прошу ко мне в кабинет, — на лице Горина оформилась доброжелательная улыбка. — Если я вас не отвлекаю, конечно.

— Я ради этого и пришел.

— Чудненько. Дети, прошу прощения за внезапное вмешательство.

— Ерунда, — ответил Клим. — Мы сидим за одной партой.

А вот на лице Софии мелькнула тень сожаления.

Мы спустились в холл первого этажа, повернули направо и через неприметную дверь попали в рабочий кабинет хозяина дома. За всё время нашего общения с Гориными я не увидел ни одного слуги, шатающегося без дела или наводящего порядок в помещениях. А ведь усадьба большая. Думаю, тут найдется и дворецкий, и парочка лакеев, да и без горничной столь уважаемым людям никак. Плюс повар, садовник, швейцар. Где все эти люди? Вышколены настолько, что не путаются под ногами при гостях. А возникают на горизонте по щелчку.

Я слышал о том, что старые дворянские рода предпочитают деревянные интерьеры, подчеркивая древнюю историю фамилии. Современные тренды, по мнению ортодоксов, — удел потомков купечества и выскочек-одаренных, поднявшихся «из грязи» после Клановых Войн. Между тем, Горины — именно древний род. С корнями, уходящими чуть ли не в семнадцатый век, а то и раньше. Так что обилие камня, хрусталя и подчеркнутый хай-тек второго этажа — осознанный выбор. Примета прогрессивного мышления.

Кабинет был зашит в дерево.

Вот такая игра контрастов.

Стены скрываются за книжными полками и модульными блоками закрытого типа. Окно простое, двухстворчатое. Полное отсутствие фотографий, вазочек, статуэток и прочих безделушек, отвлекающих от работы. Массивный деревянный стол, совмещенный с подоконником и узкими вертикальными шкафчиками. Пара стульев. Белые и серые тона.

— Чаю? — поинтересовался Валентин Горин, указывая мне на один из стульев.

Усаживаюсь.

Да, обстановочка почти спартанская.

— Благодарю. Я бы хотел сразу приступить к разговору.

— Ты утверждаешь, — глаза Горина-старшего сузились, — что побывал на полигоне Шуйских, где они создают одержимое оружие и призывают тварей из Бездны?

— Тварей призывают, — подтвердил я. — А вот оружие изготавливается в аномалиях. На полигоне проходят испытания.

— Как нам отыскать это место?

— Не спешите с поисками, — я улыбнулся. — Для начала я бы хотел получить кое-какую информацию. Услуга за услугу, так сказать.

Зрачки агента буквально пригвоздили меня к стулу.

Я успел выяснить у Клима, что в Департаменте Тайных Дел его отец числился старшим экспедитором, имея при этом чин майора лейб-гвардии. Не самый топчик, но человек серьезный. И я почти на девяносто процентов уверен, что о противостоянии кланов призывателей он знает не понаслышке.

— У меня есть подозрение, молодой человек, что речь идет о процессах государственной важности. Мы оба понимаем, Илья, что ты контактировал с Хантерами. Вероятно, и с их противниками. Отказ помогать нашему ведомству можно квалифицировать как измену родине…