Книга И пришел Лесник! 20, страница 141 – Василий Лазарев

— Разбавим золотую жемчужину в кружке и пустим по кругу, — предложил двусмысленно папаша Кац.

— Кружку, я надеюсь? — уточнила Лиана.

— Сейчас было смешно, давай жемчужину, — Изя подставил кружку к Лиане и начал выливать в неё коньяк. Рыжая взглянула на меня, я кивнул. Не знаю, чем это может помочь, но в предложение папаши Каца было рациональное зерно. Не пропадать же ей, так хоть будет чего вспомнить. Лиана развязала бархатный мешочек, висевший у неё на груди, и вытряхнула оттуда золотую жемчужину. Перекрестив её, она кинула золотой перламутровый грецкий орех в чашку Кацу. Эффект оказался поразительным! Она тут же забурлила как таблетка от похмелья и практически растворилась буквально за несколько секунд. Пузырьки вскоре исчезли, а коньяк из коричневого стал золотым с разводами серебряного перламутра.

«Скат» неумолимо сносило в кластер Склад, по периметру которого разгоралось невиданное доселе северное сияние, играя, всей палитрой красок. Ко всему прочему к нему прибавился низкий гул. Какая-то совсем странная перезагрузка. «Скат» пронзил завесу, и мы оказались внутри кластера приготовившегося умирать и снова возродиться. Папаша Кац сделал большой глоток из кружки и на мгновение покрылся позолотой как древняя статуя. Знахарь протянул мне кружку. Я не заставил себя ждать и также отхлебнул. Ну что сказать, я ощутил себя закипевшим чайником. Сам я не видел, но судя по их лицам, у меня ударил пар из ушей и ноздрей. Следующей была Лиана. Она ни капли не колеблясь сделал большой глоток. В этот момент кластер утонул под бесконечными массами воды, хлынувшими с небес. Сверкнула первая молния, кисляка мы не почувствовали только благодаря тому, что сидели внутри корабля. Лиана преобразилась как древнегреческая богиня и сверкала золотом, навсегда засев в моей памяти. То же самое произошло и с Иркой. Вера вдобавок покрылась перламутровым налётом. Чашка из её рук вывалилась на пол уже пустая. В корпус «Ската» ударила молния от чего наши волосы встали дыбом, и мы погрузились в абсолютную темноту. Все приборы разом отказали. Единственное, что мы почувствовали, как падаем с большой высоты. Я схватил в темноте за руку Лиану и закрыл глаза считая мгновения до столкновения с землёй.

Осталось совсем немного, Астра, подумал я. Наконец-то мой путь подошёл к концу. Скоро встретимся. Я досчитал до ста, так и не дождавшись удара об землю и осторожно приоткрыл глаза. Где мы и что мы, трудно было понять, не один прибор не работал. Экраны оставались чёрными, иллюминаторов на корабле и в помине не было. Но мы определённо пока летели. Нас качало, подбрасывало и крутило вокруг собственной оси. Папашу Каца тошнило, Вера сидела бледная будто из мрамора. Лиана подмигнула мне скосив глаза на мою руку. Оказывается, в темноте я вцепился в руку папаши Каца. Ирка достала выбитый в суматохе зуб и бросила его на пол.

В этот момент мы коснулись поверхности. Нас подбросило в креслах и только благодаря тому, что мы пристегнулись, наши головы не пробили потолок. «Скат» подпрыгнул и замедлил ход. В течение трёх минут мы совершили несколько прыжков и наконец со скрежетом и скрипом остановились. Пропали все звуки и наступила полнейшая тишина. Я отстегнулся и встал, не веря своему спасению.

— Изя, ты у нас самый умный. Мы, что смогли пережить перезагрузку? — с трудом выговаривая слова спросил я обезумевшего академика.