Книга И пришел Лесник! 9, страница 26 – Василий Лазарев

— И как? — Тибериус забыл о налитой в рюмку водки, так и слушал Иштар.

— Ожидаемо, стала моей лошадью. В этот же день мы все вместе вернулись в Сонгми.

— Да, да! Как раз с этого места я и слышал. Наш патруль, летевший за грузом, приземлился в деревне, но не нашёл ни одного живого мура. Все они были или разорваны или посажены на кол и уже потом обглоданные заражёнными. Тем не менее груз ожидал нас в сохранности. Что произошло?

— Я заставила их драться голыми руками с элитой и её свитой, в которую тут же превратились рубер и топтуны.

— Но…

— Да. Конец их был ожидаем и понятен, но во мне кипела ненависть и злоба к ним. Короче зверушки сожрали всех, после чего мы ушли. На моей совести ещё несколько подобных населённых пунктов целиком. Я заходила к ним и с ходу лепила историю о том, как мы выехали на трясучку и наш отряд потерпел крушение, — Иштар расхохоталась от выпитой водки и воспоминаний. — Дальше я заходила внутрь поселения, а ночью впускала своих подопечных. Я убивала всех без разбору. Девочек, мальчиков, всех. Муров, стронгов, просто спокойные стабы. Не помню, когда я успокоилась и решила осесть на время. Распустила стаю и осталась в Горках. Надоело скитаться за год. Дары я свои раскачала хорошо, единственное, что не пробовала белую. Но тут вы!

— Да, в тот раз улов был неплохой. А ты выяснила, что на нас твои чары не распространяются.

— Но вы же помогли мне, белую жемчужину дали, я стала теперь даже сильнее Галатеи.

— Возможно. Кстати, один фактик, тебе он будет интересен. После того как корабль с Лесником и его подельниками упал, первым кто из него выпорхнул, когда вскрыли обшивку, был попугай. И орал он следующее: «Слава Галатее!». Попугаи водились только у неё на стабе.

— Неужели… так это та самая команда, что приговорила моя подругу? — Иштар сжала губы.

— Получается так.

— Я их расспрошу ещё.

— Только осторожнее. Знаешь, что они откололи опять? — Тибериус допил водку. — Моей любимой пресс-хаты, как вы её называете больше нет. Все десять муров покойники.

— Лесник?

— Он и с ним ещё двое. Ладно тот гигант, но от знахаря я такого не ожидал. Я всё записал. Посмотришь?

— Нет, чего я там не видела. На планете ещё не такое бывает. Мне нужен остров Галатеи.

— Получишь. Как нам устроить вам побег?

— Кому вам? — изумилась Иштар.

— Тебе, твоим новым подружкам и Леснику с товарищем или уже, наверное, с двумя товарищами.

— Иначе никак? — поморщилась Иштар.

— А как? Для тебя всё буднично. Заходишь, берёшь под контроль и разоряешь бунтовщиков. Лесника и команду сама придумаешь как уничтожить. На платформах полно заражённых. Первую платформу исполнишь, мы тебя дальше перекинем, может дружка дадим, чтобы не скучала. Или двух.

— Или тридцать? — Иштар начала злиться, но внешнику с его двадцатью пятью парами хромосом, она ничего сделать не могла.

— Это сама выбирай, я в твою личную жизнь ни ногой, — Тибериус поднял руки. — Мне нужно, чтобы мятежники исчезли.

— Чего проще, отключи на платформе купол и всё, — осенило Иштар.

— Во где-то ты незаменима, но здесь увы. Не могу, — развёл руками Тибериус. — Все платформы спроектированы как одно целое. Вся энергосистема и остальные ресурсы объединены в общую сеть. Сделано это для того, если одну платформу постигнет катастрофа, то остальные остались бы по-прежнему в общей сети порталов и энергетики. Иначе метеорит может выбить одно звено, а за ним умрут остальные по цепочке. Здесь же у нас принцип пчелиных сот. Какую соту не удали, другие связи не теряют. Собственно, что и случилось, когда платформа номер пятнадцать, куда упал «Скиталец», не обрушила своих соседей.