Книга Дождись меня в нашем саду, страница 117 – Ульяна Черкасова

— Пошли. А то товарищи Арна сожрут нас живьём, так и не дождавшись ужина. И ещё…

Они остановились посреди поля, Мельця неожиданно притянула Велгу к себе и крепко обняла.

— Спасибо, что не бросила нас со Змаем в Твердове. Мы живы только благодаря тебе.

— Вы и угодили туда из-за меня.

Чародейка помотала головой:

— Из-за своей жадности… из-за предательства князя, из-за жестокости королевы, может быть, самую малость, потому что доверились тебе. Но в целом – нет. Ты нас спасла, несмотря на прошлое. Спасибо.

Народу на берегу собралось неожиданно много, куда больше, чем было изначально.

— Местные пришли, – удивилась Мельця. – Что ж… Всё же Купала.

В землю у самой воды воткнули пламенники.

Тот старик со змеем на лице ждал вместе с Арном Мельцу. Велга нырнула в толпу, пробралась к Змаю.

— Где вас так долго носило? – прошипел он.

— Мельця переволновалась.

— Дай угадаю, она опять пыталась сбежать, а ты её уговаривала?

— Что? Нет, наоборот… подожди, опять?

Змай только шикнул на неё, приложив палец к губам, а старик вдруг громко прокричал что-то на скренорском, но слова эти были то ли редкими, то ли слишком древними, потому что Велга не поняла их значения.

Старик продолжил говорить медленно, уже не так громко, а Мельця и Арн повторяли за ним.

— Это клятвы брачующихся, – подсказал ей Змай.

— Я догадалась.

— Вроде всё, – проговорил кто-то из скренорцев сбоку от Велги. – Наконец-то пойдём ужинать.

Но стоило старику замолчать, как откуда-то из толпы местных вышла пожилая простоволосая женщина, вынесла нож и чашу с огнём, и над берегом пронёсся разочарованный вздох.

Мельця и Арн порезали ладони, смешали свою кровь, и их поженили уже по-ратиславскому и рдзенскому обычаям: огнём, водой и кровью. И когда они наконец скрепили обряд поцелуем и все захлопали, заулюлюкали, кто-то воскликнул с отчаянием:

— А теперь пойдём жрать?!

Скренорец с половником захохотал:

— А теперь пошли жрать! Эй, Вилли, открывай бочонок. Угощай всех.

Толпа потекла обратно к костру и понесла Велгу с собой. Она пыталась выглянуть из-за широких спин скренорцев, рассмотреть молодожёнов. Совесть колола её за непрошеные советы. Зачем она полезла к Мельце с этими разговорами? Только испортила праздник.

Но когда все собрались у огня и скренорец со змеем принёс большую братину, наполненную каким-то островным напитком, название которому Велга никогда не слышала, Мельця смеялась и второй после Арна отпила из братины, и ту пустили по кругу.

— Что это? – спросила Велга у Станчика… или Грача, который встал подле неё.

— О, крепкая штука. Попробуй, – посоветовал тот, принимая братину и делая глоток. – Скренорский напиток.

Велга успела заметить, как Змай округлил глаза и замотал головой, пытаясь её остановить.

— Давай. – Грач рукой накренил братину, и Велга скорее приложилась губами.

Было горько. Гадко. Ей захотелось выплюнуть. Но оскорбить скренорцев Велга не посмела. Братина пошла дальше и, когда Велга только успела отдышаться, вернулась к ней.

— Нет, – просипела она беспомощно.

— Дава-ай, – развязно повторил Грач.

На второй раз напиток показался не таким плохим и горчил уже почти приятно. Велга успела съесть кусок мяса, и вместе с питьём стало и вовсе вкусно. На третий раз она задержала братину у себя, сделала несколько глотков. Ещё через круг скренорцы дружно захохотали, требуя не оставлять напиток у себя насовсем.