Книга Теперь ты в армии, страница 107 – Алексей Урусов

Арабы тихо, но недовольно забубнили что-то на своём языке, и командир группы спецназа с ненавистью сжал зубы: «учеников» ему навязали и деться было нельзя, приходилось их «учить». Но как их чему-то учить, если эти тупые черномазые ничему учиться не хотят? Все их желания — пожрать и куда-нибудь спрятаться поспать. Ходят всё время толпой, что-то цедят сквозь зубы, при любой возможности садятся на корточки в кружок и что-то своё трут. И если сделаешь замечание, то здесь, «в серой зоне», в тебя случайно может прилететь шальная пуля и никто разбираться не станет, чья она на самом деле. И в открытую с ними не схлестнёшься — на пять польских штурмовиков-разведчиков в его отряде больше десятка негров и арабов. Ученички!

Капралу он пояснил: — Снайпер, даже мёртвый, денег стоит. За него нам заплатят. Жаль, что умер, а не раненый.

— Саид, и винтовку возьми, — еще раз дал команду офицер.

Видя, как Саид спустился в воронку, поднял винтовку и положив на плечо направился к остальным солдатам, офицер подумал: — Вот же тупизна! А если бы она была заминирована? На прошлой же неделе им объяснили эту тему, показывали, каждый учился извлекать предметы безопасно. Но если не дал Бог мозгов, то и Аллах не поможет: учи — не учи, толку не будет.

Подойдя к группе, готовой начать движение, офицер взглянул на погибшего солдата.

— Не солдат это, а морской пехотинец: вон у него русский флотский флаг; понятно, почему он так сражался: они, как и русские десантники, вообще безбашенные, — высказался капрал. — Что он весь в шевронах, как будто на свадьбу собрался? Вон — герб, флаг, эмблемы, всё металлической ниткой шитое, блестит, видно же издалека; надпись большая на груди красными буквами «Мы русские. С нами Бог».

— На свадьбу и пришёл, — согласно кивнул командир группы. — Подготовился: шевроны вон, новенькие, ни разу не надевал, берёг. Он знал, что умрёт и надел всё лучшее. Смерть это и есть обручение, только со смертью.

Про себя офицер подумал: — Достойная смерть. Если бы у меня была рота морских пехотинцев из таких фанатиков, как этот погибший снайпер, я бы через две недели Москву захватил. Хотя нет — лучше Варшаву. Если пойдёшь на Москву, против тебя и встанут вот такие фанатики…

Но озвучивать мысли из своей головы он не стал, вместо этого подав команду: — Вперёд, марш!

* Сон описан во второй книге цикла, главе 29, во втором эпизоде.

** В православном вероучении к «церкви воинствующей» относится церковь земная — верующие люди, праведные и грешные, которые ведут борьбу с грехами, а к «церкви торжествующей» относится церковь небесная, которую наполняют все небесные силы и святые, они уже победили власть греха.

*** С польского «холодный».

Западная зона локального пограничного конфликта. Российский полковой пункт управления дронами.

Продолжая наблюдать за движением колонны с ранеными, оператор отслеживал и полёт ещё двух «Шмелей» и через несколько минут доложил: — Один из «Шмелей», что послали за бегущим, его обнаружил. Стоит в поле, около какого-то холмика. Может, они там что-то спрятали, и он вернулся, чтобы забрать?

— Второго «Шмеля» туда же перенаправь, а этот поближе подведи, — дал команду дежурный пункта управления дронами.

— Он шевроны на себя цепляет. На колени встал, крестится. Похоже, молится. Точно. Встал, крестик надел. Товарищ капитан, он к бою готовится. Винтовку в руки взял, а рядом автомат лежит, магазины раскладывает, — оператор всматривался в картинку, пытаясь понять происходящее.