Книга Код Изгнания, страница 46 – Евгений Волков

— Выходим, парни, — бросил я, выбираясь из узкой кабины пилота в десантный отсек.

Наш бот был рассчитан на небольшое количество оперативников — всего-навсего человек на десять в полной выкладке. Так что для нас троих в металлическом чреве машины пространства оказалось более чем достаточно. Я коротко ударил ладонью по сенсорной панели, запуская гидравлический процесс опускания аппарели.

Оглянувшись на парней, я невольно усмехнулся. Да уж, со стороны мы выглядели как заправская расстрельная команда. Рыжая, покрытая полосами голова Марса хищно торчала из массивного воротника тяжёлого десантного экзоскелета, а в лапах этот громила-ракси небрежно сжимал штурмовой комплекс тяжёлого класса. Одного его грозного вида хватало, чтобы любые переговорщики сразу поняли: у меня за пазухой имеется парочка крайне весомых и убойных аргументов. Вторым моим телохранителем шёл фарианец, габаритами ничуть не уступавший соплеменнику Харрга. Его сероватая бугристая кожа отливала сталью, а три уцелевших глаза смотрели на меня со стоическим ледяным спокойствием. Почему три, а не четыре, как положено его расе? Четвёртый ему аккуратно выжгло плазменным росчерком в какой-то старой заварушке, оставив на левой стороне лица глубокие рваные шрамы.

Да, компашка подобралась что надо. Не дожидаясь, пока тяжёлая плита аппарели с глухим стуком коснётся бетонного покрытия, я первым прыгнул прямо на запылённую землю дока. Почти мгновенно за моей спиной глухо загрохотали тяжёлые сапоги моих штурмовиков.

Нас встретили, как и обещали. Правда, назвать эту делегацию официальной не повернулся бы язык — слишком уж разношёрстной она выглядела. Всего четыре человека, одетые в засаленные рабочие комбинезоны, поверх которых была наспех натянута трофейная броня имперских штурмовиков. С нагрудных пластин этой кирасы кто-то старательно, с корнем соскрёб и зацарапал символы Империи. В руках каждый удерживал стандартную армейскую винтовку. Все они, за исключением самого старшего, то и дело бросали косые, полные опасения взгляды на моих массивных спутников.

Вся четвёрка явно принадлежала к числу бывших доковых чернорабочих — это безошибочно читалось по их обветренным лицам и въевшейся под кожу угольной пыли. Даже в наш век высоких технологий глубокая добыча некоторых минералов и редких ископаемых всё ещё требовала аккуратного ручного труда. Где-то в подобных шахтах трудились каторжники, которых ссылали на окраины жёсткие имперские законы, а где-то — вольнонаёмные рабочие, чей тяжёлый труд хоть и ценился невысоко, но всё же стабильно оплачивался. И Раграс являлся системой именно второго типа. Здесь добывался слишком ценный и капризный ресурс, чтобы опрометчиво возлагать его добычу на плечи подневольных заключённых.

Нет, в Империи хватало и других источников гелиона, но все они были на строгом учёте. Потеря даже одного крупного узла снабжения гарантированно вела к серьёзным пробоинам в логистике и резко снижала манёвренность пограничных флотов. Столичные стратеги отдадут всё — ну или почти всё, — лишь бы не позволить бунтовщикам надолго заблокировать этот сектор.

— Ты и есть тот самый Волк? — глухо спросил самый старший из четвёрки, сделав шаг вперёд.

— Предположим, — спокойно и почти лениво отозвался я, засунув руки в карманы плаща.