Книга Главный по мусору. Том 1: Системный Мусорщик, страница 86 – Socolow Daniel

Я взялся за рукоять главного рубильника и с силой вдавил ее вниз.

ВЖ-Ж-Ж-БУМ!

Пол под ногами завибрировал могучим монолитным гулом. Четыре колоссальные турбины главного водоотлива вышли на рабочие обороты.

Миллионы литров кислоты с ревом хлынули в открывшиеся шандоры глубоких дренажных скважин. Уровень кипящего озера за панорамными бронеокнами станции начал стремительно падать — метр в минуту, обнажая базальтовые уступы, старые вагонетки, древние каменные мостовые и сухие переходы.

Через десять минут дно гигантского разлома обнажилось.

Перед глазами вспыхнула системная надпись:

[ГЛОБАЛЬНАЯ МЕХАНИКА ВТОРОГО ЯРУСА ДЕАКТИВИРОВАНА!]

[Ядовитые шахты осушены на 85 %]

[Открыт магистральный переход к Вратам Третьего Яруса!]

[Оценка инженерного решения: РАНГ S+]

[Получено 1500 опыта!]

[УРОВЕНЬ ПОВЫШЕН! Текущий уровень: 12 (430/3200)]

[Доступно свободных очков характеристик: 3]

Профессор Романовский и его коллеги смотрели на осушенное дно шахты, точно стали свидетелями невозможного чуда.

— Невероятно… — прошептал ученый, протирая стекла очков полой халата. — Два миллиона кубометров реактивов за четверть часа… Молодой человек, вы спасли не только нас, но и уникальные образцы «Реагента-Девять» и изотопную базу института!

— Слушайте вводную, профессор, — ответил я. — Глеб выделит вам дыхательные картриджи. По осушенному дну выходите на Первый ярус. Там пробит сквозной тоннель прямо к выходу из Башни. На площади вас встретит комендатура станции «Заводская» во главе с Михалычем и доктором Вороновым. Вы поступаете в лабораторию нашей базы. Все реактивы и образцы — под опись. Городу нужны мозги.

— Слово ученого, мы выполним регламент, — твердо произнес Романовский, крепко пожав мою металлическую перчатку обеими руками.

Я повернулся к выходу из бункера.

На осушенном илистом дне шахты, в двухстах метрах впереди, темнели циклопические базальтовые ступени к порталу Третьего Яруса. Дорога была свободна.

Но на скользкой черной грязи перед порталом отчетливо чернели свежие следы.

Чудовищные трехпалые отпечатки когтей шириной в два метра каждый. Существо весом не меньше пятидесяти тонн двигалось на задних лапах прямо к открытым воротам верхнего зала.

Рядом стоял Бугор. Глядя на борозды в иле, главарь банды судорожно осклабился разбитыми губами:

— Ты думаешь, ты победил, мусорщик?.. Там, наверху, в Зале Испытаний… спит то, перед чем твоя пукалка — детская хлопушка… Ты оттуда по кускам вылетишь…

Я посмотрел на гигантские следы древнего титана, затем перевел взгляд на ухмыляющегося главаря. Моя титановая рука легла на рукоять газового ключа:

— За нарушение техники безопасности при ведении подземных работ, гражданин Бугор, положен строгий выговор с занесением в личное дело.

Я шагнул на осушенное дно разлома:

— Пошли, Комендант. Посмотрим, из какого сплава сделан твой ночной кошмар.

Воздух на границе Второго и Третьего ярусов переменился резко, точно при переходе из горячего гальванического цеха в промышленный рефрижератор.

После сорокапятиградусной тропической духоты ядовитых шахт здесь царил сухой, колючий мороз. Термометр системного интерфейса зафиксировал минус шесть по Цельсию. Влажная рабочая одежда, пропитанная нейтрализованными солями и взвесью известняка, мгновенно заскорузла на плечах хрустящей коркой, а пар от дыхания оседал на шерсти шарфа и бровях мелким белым инеем.