Книга Клейменые холодом, страница 47 – Дмитрий Крам

То есть, вместо того, чтобы быстро влететь и в конкурентной борьбе захапать как можно больше мяса, твари методично употребляют лишь созревшие плоды, собирая сливки. Город для них как ферма. Днем они подъедают трупы и не дают никому сбежать, не считая нескольких зараженных, встреченных мной в лабиринте, которые, впрочем, могли попасть туда и с прошлой перезагрузки, а ночью только патрулируют территорию.

Думаю, чем быстрее начнут обращаться люди, тем чаще будут нападения мутантов. Ведь мы для них гораздо вкуснее зараженных. А когда уже весь город обратится, стая устроит большую охоту и примется уничтожать пустышей и бегунов, не позволяя им отъесться. И после того, как только появятся первые признаки перезагрузки, оставшиеся выжившие побегут из города в лапы всё тех же тварей, которые перебьют их и будут поедать до следующего обновления кластера.

Таким образом, получается, что одна стая съедает почти весь город. Это поразительно и парадоксально. Есть мнение, что интеллект элитника может равняться интеллекту шести-восьмилетнего ребенка. Но если взять известное исследование, где детям предлагают одну конфету сейчас или две, но через десять минут, девяносто процентов детей выбирают здесь и сейчас.

Жемчужник же способен отказывать себе в сиюминутных удовольствиях ради будущей выгоды – это уже проявление высшей нейронной деятельности. Этот монстр не просто обладает неоспоримой волей, а умеет думать на много ходов вперед, чем не все люди похвастаться могут.

— Что ты такое? – невольно вырвалось у меня, когда я пересматривал уже смонтированную видеозапись. Однорукий заметил камеру и изобразил, что-то вроде улыбки. Ужасный оскал, обращенный именно ко мне, словно данное обещание непременно сожрать.

Таких тварей не бывает! Его просто не должно существовать! Но все же он есть и процветает.

В какой-то момент я так испугался, что даже начал сомневаться в трезвости своего рассудка. Но все факты на лицо. Это именно, что организованное сообщество зараженных, держащее под контролем целый город.

Вдруг здание содрогнулось. Раздался ужасный грохот, словно экскаватор-разрушитель врезал по строению своей огромной клешней. Дара взвизгнула и подлетела ко мне.

— Что это?

Первая мысль была про обрушение, но потом я кивком головы указал на монитор. Стоп-кадр, где словно бы улыбающийся монстр смотрит прямо тебе в глаза, говорил сам за себя.

* * *

План отступления на случай нападения мутантов или людей, пытающихся проникнуть в здание, имелся давно. С парковки шел технический тоннель, по которому к зданию проведены коммуникации. Я разведал его еще в первые дни своего пребывания здесь.

Поэтому сейчас, долго думать не пришлось. Я поднял дрон в воздух. Убедился, что нашу уютную пещерку со всех сторон окружили твари, и решил, что пора и честь знать. Спасибо этому дому, пойдем к другому. Только вот другого дома не было.

Главного кукловода камера квадракоптера не засекла, но когда все зараженные начали поднимать обломки кирпичей и прочий строительный мусор и швырять в разведывательную технику, стало ясно, что без него здесь не обошлось. По закону больших чисел один из булыжников все-таки угодил в дрон. Картинка закрутилась, а потом и вовсе исчезла. Сигнал прервался.

Охранные погремушки нервно забренчали со всех сторон, их звук заглушило урчание тварей. Его эхо разнеслось по галереям здания. Сложилось впечатление, что внутрь лезут тысячи мутантов.