Книга Вернуть дворянство 2, страница 125 – Дмитрий Крам

— Дата рождения брата, — сказал он. — Он родился на десять минут раньше и попал в предыдущий день, я же уже после полуночи на свет появился, — с грустью проговорил ученик, отворил сейф и хмыкнул.

На верхней полке был медальон с отполированным до блеска осколком. Он повесил его на шею и дал нам почитать пояснительную записку.

Это все, что осталось, от «Говорившего с Ветром» — легендарного клинка нашего первопредка. Быть может, однажды тебе удастся собрать все осколки и воссоздать оружие.

Еще имелся небольшой конверт с наличностью. Маленький семейный альбом. Гроссбух. Родовая книга. Пачка писем от покойной матери.

Ученик взял их и засел в углу. Я его понимал. Сам недавно был в том же положении.

Я взял гроссбух и погрузился в изучение того, что тут раньше было. Оказывается, у Асакура когда-то имелось несколько ячеек. Эта самая последняя, остальные выгребли досуха и закрыли. Раньше здесь хранилось множество артефактов, золото в слитках и бриллианты. Но во время восстания на Хоккайдо всё вытащили подчистую. В конце имелась приписка на японском.

«Простите потомки, что оставляем вам лишь золотую пыль».

— Поэтично, — с горечью проговорила Джи-А.

Я бросил взгляд на парня. Он отвернулся к нам спиной и швыркал носом.

— А это интересно, — помощница вытащила папку. Она сплошь состояла из акций и депозитарных расписок. Часть из них была еще ветхого желтого оттенка. Да и печати стояли на некоторых старой тушью, сейчас уже такую жирную и маркую не используют.

Конечно, какой-то процент этих предприятий перестал существовать, но остальные все ещё функционируют. Пусть доли небольшие, но сам факт того, что какой-то капитал у парня имеется, радовал.

Я вышел и попросил сделать ксерокопию. Чтица крови кивнула, и уже через полчаса нам принесли дубликаты материалов. Отдадим Доджону с Мальтой, пусть изучают.

А вот эти два листочка, я, пожалуй, у парня выкуплю. Если он, конечно, согласится. Ему без разницы, а мне в грядущих переговорах ох как пригодятся.

* * *

Воспитанник ничего не взял кроме фотографии молодой мамы и медальона из лезвия меча.

Мы отправились на его историческую родину в Хоккайдо. Там нас встретили сразу, все благодаря Обата. Если бы не эта волшебная фамилия, даже бы на порог не пустили.

Старейшина главного рода на севере Японии — Таро Вотанабэ почему-то решил лично с нами пообщаться.

И вот это уже было плохо. Ибо к разговору с седым драконом надо готовиться тщательно. Я думал, максимум с секретарем все перетрем. Видимо, скучно деду. Ему уже под сотню лет.

Конечно, я не мог упустить такой возможности подучить Безымяныша и взял его с собой на переговоры.

— Вотанабэ-сама, — поклонился я входя.

Старик оказался сухой, но не скрюченный. Не знаю, намеренно ли, но пиджак был чуть великоват в плечах, из-за чего создавался образ маленького человека за большим столом.

— Господин Ен, — безэмоционально поприветствовал Таро. Вот об этом я и говорю. Его же хер считаешь, там вся мимика задеревенела к лешему.

— Спасибо, что так быстро приняли.

Хозяин кабине…Хоккайдо кивнул.

— Повод вы подобрали интересный. А то мы тут всем островом гадаем, кто это дразнит Миуру Обата.

Ага. Подглядывают за старыми недругами, значит. Это очень хорошо. Упростит коммуникацию. Не придется доказывать, что я человек дела.