Книга Возвышение, страница 116 – Александр Изотов

Особняком от всех воинов держались два зверя, стоявшие неподалёку, у своих лошадей. Тоже в кольчугах, но в длинных плащах с капюшонами, скрывающими лица. Я не рискнул смотреть их меру, но эти двое только-только колдовали, и от них люто сквозило знакомыми мне стихиями — земля и огонь. Кажется, это именно они устроили здесь локальный апокалипсис.

Вот что меня радовало, так это то, что среди всей этой банды не нашлось ни одного оракула. Ну должно же мне уже, наконец-то, повезти, а?

— Вот, мастер Пит, — зверь, который притащил голову Овечки, нёс под мышкой и тот самый ларец, с которым зверица должна была проникнуть в город. Его он и передал одному из магов.

Тот стянул с лица капюшон. В темноте плохо было видно, но я различил у зверя аккуратные усы и гладко выбритый подбородок. Улыбаясь, он принял ларец, но даже не стал открывать его.

— С их стороны было опрометчиво отправит такой ценный груз с одной лишь зверицей, — сказал второй, тронув рукой сундучок, но тут же отдёрнув пальцы, — Это и вправду деусит!

Многие звери охнули, некоторые отступили на шаг. Даже те, которые зачем-то аккуратно укладывали убитых, выпрямились и стали с опасением смотреть на магов.

— Побереги меру, друг, — сказал усатый и, стянув с плеч плащ, стал оборачивать ларец в ткань.

— Что же спугнуло этого Фадера? — спросил второй.

Через несколько мгновений на меня смотрело двадцать пар глаз. Мне в лопатки так и продолжал упираться кончик меча, и зверь убрал его, когда усатый маг кивком головы подозвал меня.

— Я — мастер четвёртый хвост, господин Пит, — без особой злобы сказал усатый, — Десятник стаи Степных Хомяков.

Разливаться в дифирамбах я не стал.

— Фелиц, бывший слуга госпожи Фриды, — буркнул я.

Второй тоже стянул капюшон. Он оказался лысым, с короткой бородкой. Оба мага, услышав меня, переглянулись.

— Ты из Зиккурата? — спросил десятник Пит.

Я осторожно кивнул. Сейчас я ходил по тонкой грани — почуют ложь, и не сносить мне головы.

— Я так и думал, — поморщился лысый, — Иначе зачем бы они за ним гнались? Ты шпионил для Настоятеля, первуха?

И снова я кивнул.

Десятник Пит задумчиво потёр подбородок, затем вдруг передал мне свёрток с сундучком. И коротко бросил мечнику за моей спиной:

— Если тебе только покажется, что он хочет бежать — сделай с ним то же, что с той бодливой девкой.

— Слушаюсь, десятник! — с нескрываемой радостью отозвался мечник, и у меня резко отпало желание вообще как-то хитрить.

Кажется, мечника звали Лам, так? Его глаза так и светились… Нет, не готовностью исполнить приказ. У меня пробежал холодок по спине от того, что его глаза буквально умоляли меня: «Ну же, первуха сраная, скорее уже дёрнись! Ну же, умоляю, дай я снесу тебе башку!»

Я нервно обнял обмотанный ларец. Нет уж, с побегом придётся потерпеть, я ещё жить хочу.

Лысый маг передал воинам мешочек, и знакомый оранжевый порошок посыпался на сваленные тела. Останки задымились и затлели, рассыпаясь ворохом углей, а звери стали вскакивать в сёдла. Досталась лошадь и мне — не все животные погибли.

Никогда ещё я не залезал так аккуратно в седло — меня просто нервировал блестящий взгляд Лама, пристроившегося сбоку. Кончик его немаленького меча подрагивал в каких-то сантиметрах от моей шеи, и зверь совсем этого не стеснялся. Он так и продолжал таращиться с маньячной надеждой, что первуха надумает бежать прямо сейчас.