Книга Видок 1-5, страница 723 – Григорий Шаргородский

Я тоже присел спиной к окну и, опустившись на колени, замер в позе «кидза». Еще раз шумным вдохом уподобившись джедаю-ренегату, активировал руны видока и уже ощутил приближение транса, как вдруг услышал дикий вой Леонарда Силыча над ухом. Если прервать ритуал сейчас, то повторить его не удастся, но все равно у меня не возникло и тени сомнения в серьезности предупреждений моего усатого друга.

Открыв глаза, я сразу же активировал крылья Семаргла и только благодаря этому успел убрать голову с пути кочерги, прилетевшей в меня со стороны камина. Причем это была не классическая кочерга с загнутой пяткой, а остроконечный вариант для раскалывания поленьев — эдакий уменьшенный вариант пожарного багра. С каким-то звенящим стуком железяка врезалась в стену за моей спиной. Вот вам и слабенький домовой.

Дом завибрировал, словно при землетрясении, а на чердаке завыло так, что мне стало не по себе. Как хорошо, что я выбрал место поближе к окну, есть шанс…

Увы, домовой так не думал. Что-то дернуло меня за одежду и едва не впечатало головой в каменную окантовку камина. А ведь камин находился метрах в шести от окна. Эти шесть метров я преодолел, даже не заметив.

Похоже, что никто не собирается выпускать меня из дома живым. Я словно попал в фильм о полтергейсте, но, в отличие от киногероев, у меня были кое-какие наработки по данному вопросу. Так что вместо панического поиска пути к бегству мой взгляд уткнулся в спрыгнувшего на пол кота. Леонард Силыч стоял в классической позе — спина выгнута, хвост трубой, а шерсть дыбом, что визуально делало моего друга раза в два больше. Но это еще ничего, будь на нем артефактный ошейник, вот тогда вышло бы настоящее преображение, а так — всего лишь обычный кот в ярости.

Именно направление взгляда моего усатого друга интересовало меня больше всего. Он смотрел в угол гостиной у второго выхода из комнаты. Я сорвал с пояса гранату и, потянув взводящий пружину рычажок, тут же нажал на спусковую кнопку.

Дырчатый металлический цилиндр улетел в угол, и через секунду там не так уж громко хлопнуло. А вот от ответного воя у меня заложило уши. Пространство в комнате завибрировало, а шпалеры на стенах вздулись.

Помещение тут же заволокло взвесью серебряной пыли. В углу, где произошел взрыв, образовался серебристый мини-торнадо. Вот теперь пора и на выход. Благодаря тому, что пыль повредила энергетическую структуру духа, у меня образовалась фора, так что даже не пришлось вылетать через окно — просто выбежал в коридор, а затем на крыльцо. Домовой так и не успел заблокировать входную дверь, которую я по дурости не оставил распахнутой.

Во дворе вообще никого не было. Лишь перепуганная лошадка всхрапывала и дергалась в попытках вывернуться из сбруи. А все потому, что коляска уперлась кормой в воротный столб и за что-то там зацепилась.

— Лео, займись, — стянув с лица респиратор, приказал я коту, следовавшему за мной по пятам.

То, что кот при всем своем противном характере удивительно ладит с лошадьми и детьми, я заметил давно. Так что не сомневался в его успехе.

Леонард Силыч подбежал к лошади и заурчал как трактор, глядя на испуганную животинку. И та, горестно всхрапнув, перестала дергаться.

Почти сразу после этого из-за перекошенной пролетки выглянули сбежавшие полицейские.