Книга Видок 1-5, страница 711 – Григорий Шаргородский

На первый взгляд «Буревестник» казался неказистым, особенно на фоне моих воспоминаний о «Стремительном». Что уж говорить о виденных издалека воздушных линкорах и бомбардировщиках. Длина оболочки не превышала полусотни метров, что для дирижабля очень скромно. Гондола тоже не поражала размерами и была раза в три меньше, чем у «Стремительного». Похоже, с комфортом там не очень. Да и вид у небесного бродяги был соответственный. Оболочка пусть и аккуратно, но много раз залатанная. А когда мы подъехали ближе, на гондоле стали видны небрежно заделанные пулевые пробоины.

Именно не очень приглядный вид дирижабля и намекнул мне на причины недовольства капитан-лейтенанта. Кажется, именно этого потрепанного жизнью пузана и прочат мне в награду за труды.

Подавив в себе приступ разочарования, я все же решил не спешить с выводами, а посмотреть, как это чудо-юдо покажет себя в полете. К тому же «Буревестник» на данный момент для меня является, скорее, тем самым пресловутым журавлем в небе.

Когда мы остановились у причальной мачты, из тут же опустившейся гондолы дирижабля выпрыгнули два матроса и растянули временные крепления. Они же быстро перенесли наши ящики и габаритные чемоданы. Мы с Чижом, сжимая многочисленную ручную кладь, включая кошачью переноску, поспешили за капитаном. Он явно не собирался никого ждать и шустро заскочил в полукруглую дверь гондолы. Пришлось проявить чудеса ловкости, чтобы успеть за ним и не потерять ничего из поклажи.

Дирижабль — птица вольная и сидеть на земле не любит, разве что уснув в защищенном от ветра ангаре. Так что едва мы оказались внутри, временные расчалки были убраны и подъемник на мачте пополз вверх, дабы обезопасить наш аппарат от никому не нужных случайностей.

Как и ожидалось, внутри одноэтажной гондолы было тесновато. Никакой кают-компании здесь и подавно не было. В отсеке для экипажа находились лишь шесть кают, выходивших в один узкий коридорчик, который заканчивался дверью в рубку. Что-то пробурчавший капитан ткнул пальцем в одну из дверей и ушел на свое рабочее место. Через ненадолго открывшуюся дверь я увидел, что рубка лишь немногим больше аналога на пассажирском самолете моего родного мира.

Но в полной мере степень минимизации мы оценили внутри каюты. Недавнее купе в вагоне первого класса показалось хоромами. Здесь в наличии имелись лишь две спальные полки одна над другой и откидной столик на другой стене. Причем если разложить его, проход перед полками перекрывался почти полностью. Наружу можно было выглянуть только через крошечный иллюминатор.

Впервые путешествовавший на летательном аппарате Чиж тут же прильнул к маленькому окошку в небо, а я с видом опытного авиатора плюхнулся на нижнюю, почему-то жесткую полку и прислушался к своим ощущениям.

Похоже, зря я возводил напраслину на этого пузана. Судя по резко отяжелевшему телу, аппарат быстро набирал высоту. Слишком быстро. Теперь понятны скромные габариты — внутри оболочки наверняка находятся мощные артефакты накачки. Да и в баллонах не просто гелий, а какая-то смесь похитрее.

Увлекшись дирижаблями, я узнал, что в этой реальности они прошли сложный и далеко не закончившийся эволюционный путь. Помимо безопасности из-за использования гелия местные воздухоплаватели смогли серьезно увеличить подъемную силу своих кораблей, воздействуя специальными артефактами на газовую смесь. Из-за прожорливости этих магических девайсов в больших воздушных кораблях их использовали нечасто, а вот для такого шустрика магическая поддержка очень важна.