Книга Видок 1-5, страница 703 – Григорий Шаргородский

Это ее зарплата лет за семь как минимум.

Наскоро попрощавшись с Ритой, я вернулся к пленникам. Тихон как раз привел унылую лошадку, запряженную в простецкий воз. Представленная картина того, как франт едет на дело в этом убожестве, вызвала у меня мимолетную улыбку. Лихача он себе позволить не мог, потому что извозчика потом пришлось бы пускать под нож. А этих двоих не жалко никому — ни залетному киллеру, ни мне.

Как только паромобиль исчез за ближайшими кустами, я кивнул Тихону, и он быстро вскрыл глотки начавшим приходить в себя варнакам. Франт задергался и замычал, пытаясь выплюнуть кляп. Видно, понял, что никто не собирается везти его в полицию. Стрелок угрюмо молчал и сверлил меня взглядом. С этим решим, когда выслушаем откровения предводителя шайки. Все тела, как живые, так и не очень, забросили на телегу и отправились в путь. Благо тут было не так уж далеко. Встретить случайных свидетелей не боялись — так глубоко в сторону Топи простые обыватели не заходили. А если наткнемся на бирюка или шатуна, то тоже не беда — вот уж кто не стремится лезть в чужие дела и умеет держать язык за зубами.

К нужному нам месту ехали минут пятнадцать. Тела варнаков так и остались на телеге, а вот парочку живых подтащили поближе к яме под невысоким кустиком с примечательными листьями не самого здорового вида. Казалось, что куст сильно болеет.

О том, что такие ямки нужно обходить стороной, знает каждый малец в Топинске, а вот обоим залетным убивцам сей факт явно неизвестен.

Угрюмый Тихон, стремительно орудуя кинжалом, освободил франта от пут. Причем вынул даже кляп, но ни дернуться, ни крикнуть пленник не успел. Сильный толчок отправил его в не такую уж глубокую яму, и вещать он начал уже оттуда.

— Что вы себе позволяете! — возмутился незваный гость и попытался выбраться наверх, но с удивлением понял, что не может этого сделать.

Его ногу оплел шустрый, словно щупальце осьминога, корешок. А за ним последовали второй и третий. Удивление пленника продлилось всего пару секунд, но их хватило, чтобы шансов на побег из ямы уже не было. Еще через пару секунд десятки корешков спеленали жертву и подтянули ближе к корневищу куста.

Глаза человека, который чувствует, что его пожирают заживо, наполнились паникой.

— У вас, милейший, есть меньше минуты, чтобы начать говорить.

— Нет! — На секунду гордость взяла верх над животным страхом, но тут же отступила.

Оно и понятно. Корешки не только оплетали тело жертвы, но и запускали ей под кожу тонкие стрекала, которые сразу принимались высасывать кровь. Вон как налились краснотой и соком желтые до этого листья странного кустика.

Пленник уложился меньше чем в минуту и сдал нам все и всех. Увы, моя робкая надежда, что стрелка-сибиряка наняли втемную, не оправдалась. Он знал, куда и зачем идет, — за моей жизнью.

— Вытащите меня! Я же все сказал! — дергаясь в живых путах, вопил бледный как смерть пленник.

— Сам выберешься, — спокойно ответил я.

Да, этот куст был известен любому жителю нашего города, который хоть немного интересовался эндемиками Стылой Топи. И все знают, что пососун опасен разве что для детей, да и то если разрастется до серьезных размеров. Этот куст не очень мощный, и, как только заберет свою не такую уж большую кровавую дань, тут же успокоится.