Книга Сладкая девочка из Королевства Эл 4, страница 112 – Анна Чернышева

— А почему вы закрываете свой глаз повязкой? — напряженно спросила я, лихорадочно соображая, что ещё обо мне он видит так же легко.

— Потому что это очень утомляет — видеть в благообразной матроне хищную стерву, которая держит домашних в страхе. Или в строгом командире — жалкого подкаблучника, который во всём слушается свою жену. Чаще всего мне совсем не нужно знать, кем человек является на самом деле. Это лишняя трата сил и моих ресурсов.

Я с шумом выдохнула и почувствовала себя очень уязвимой. Знать, что человек видит тебя насквозь и знает о тебе всё — не самая приятная новость. А я ещё, дура, сама срывала с него повязку, желая как-то обезоружить. А получается, что, наоборот — вооружала.

— Вам нечего стыдиться, принцесса Евгения, — мягко сказал Хантер. — Я и правда вижу вас такой, какая вы есть. Вы искренне хотите миру добра. Вам жалко бедных сирот и вы злитесь на бездушную монашку. Вы дружите с лисами и воронами, и не злоупотребляйте своими магическими способностями. Вы умеете брать на себя ответственность и умеете сострадать. Ещё ни одного проступка вы не совершили из-за личной выгоды или корысти. И я прекрасно вижу, что вы бы предпочли скромную роль хозяйки кондитерской и счастливой жены, чем королевские обязанности и всё, что с ними связано. Но, увы, иногда жизнь бросает нам вызовы, которых мы не просили. И именно вам под силу справиться со всем этим.

Я почувствовала, как краска бросилась в лицо, и отвернулась. Он так просто и буднично сказал всё то, в чём я не решалась признаться самой себе. Мне-то казалось, что я жалкая и никчёмная неудачница, которую жизнь тащит по течению и поворачивает так, как нужно кому-то. А, оказывается, в глазах Хантера я почти что святая. Радость напополам с горечью заполнила меня, и мне оставалось только спросить:

— Значит, аметисты не работают?

— От меня они вас не защитят. Потому что я не проявляю никаких активных действий — просто смотрю. Я не вторгаюсь ни в вашу магическую оболочку, ни в ваше физическое поле. А вот от тех, кто попытается прорваться сквозь их защиту — камни сработают. Как с послами — они так и не поняли, что вы такое и какими силами обладаете.

— Это всё очень мило, мои дорогие, — раздался голос Эйдана, — но давайте вернёмся к нашим вопросам. Хорошо, что все карты раскрыты. Женя, ты нам очень нужна. У меня есть версия, которая хорошо объясняет и этот странный визит, и то, что увидел Джеймс.

Хантер кивнул, и я тоже уставилась на короля. Он продолжил:

— Дело в магии. Раньше Эл окружала сильная защита, что делало остров невидимым для враждебных сил. Сейчас, с ослаблением магии, мы стали уязвимы. И те, кто ищет новые ресурсы и земли, вдруг узнали о нашем существовании. Беда в том, что мы не знаем всей истории нашего острова. Кто-то намеренно наложил защиту на наши земли, или так было изначально? Можем ли мы вернуть уходящую магию или уже поздно? Что вообще делать сейчас, чтобы спасти страну?

Я невольно залюбовалась Эйданом. Сейчас стало заметно, что он настоящий король. Он говорил властно и уверенно, спокойно обрисовывая проблему. И мне тут же захотелось поучаствовать в её решении.

— Ну мы же не остались втроём против целого войска? — резонно спросила я. — Сколько вообще действующих магов есть в Эле? В каком состоянии их силы? Какие духи их питают?