Книга Баллада о павших драконах, страница 149 – Сара А. Паркер

— Так-то лучше. — Он клубится, оглядываясь назад, без сомнения, любуясь своим отражением в окне. — На меня ведь так приятно смотреть. Погоди… Там снег. Мы рядом с Завесой? — Он замирает, затем дергается, как хвост Мунплюма, и сжимается в углу в непрозрачный комок не больше кулака. — Ты собираешься вытряхнуть меня обратно в Туманы!

Его взгляд мечется по комнате, словно он ищет место получше, где спрятаться. Заметив свой сосуд, он бросается к нему, как из рогатки — так быстро, что едва не застревает в горлышке, пытаясь просочиться внутрь, пока наконец не исчезает в нем.

Вздыхаю, хватаю сосуд и трясу его.

— Борг, мы это уже обсуждали. — Заглядываю в пустоту, прежде чем снова встряхнуть. — Я не собираюсь тебя никуда вытряхивать, кроме как на это сиденье, чтобы ты сделал пару глотков. Или ты не голоден?

Он выскальзывает, растекается по широкой подушке и вновь обретает форму прямо передо мной, становясь таким огромным, что его голова касается низкого потолка.

— Конечно, я голоден. Что за глупый вопрос. — Он наклоняется ближе, его чернильные глаза сужаются, и от прохладного дуновения его близости у меня на руках встают дыбом волоски. — Надеюсь, ты мне не врешь, Каан Вейгор. Доверие призрака не восстанавливается магическим образом. Как только оно пропадет, ты обретешь заклятого врага в лице каждого из моих братьев — больших и малых.

— Я хоть раз лгал тебе, старый друг?

— Ну… нет. Но я провожу много времени в одиночестве. — Он опускается так низко, что мне приходится скосить глаза, лишь бы удержать его мрачный взгляд. Словно он пытается проникнуть сквозь волокна моей души. — Разум ведь так любит крутиться на месте.

Вот что я понимаю лучше всего.

По двору разносится еще один отчаянный крик.

Борг проносится мимо меня, как быстрое облако, его связь с сосудом истончается до тонкой нити, пока он прижимается лицом к стеклу.

— Кого-то калечат?

Делаю еще один глоток из бутылки, шипя сквозь зубы в ответ:

— У тетушки роды.

— А-а. Это объясняет твое угрюмое настроение, — гудит он, и все его тело трепещет у стекла, словно он отчаянно хочет просочиться сквозь преграду и разглядеть получше.

Любопытный засранец.

Он бы попросил меня швырнуть его сосуд прямо в комнату Сихарны, если бы думал, что я соглашусь.

— Что ж, кое-что тебя взбодрит. — Он отлипает от стекла и кружится вокруг, хвастаясь улыбкой, настолько огромной, что кажется, будто кто-то пробил дыру в его лице и вырвал горсть тумана. — Мои братья заметили осколок луны.

Даже удар молнии потряс бы меня меньше.

— Это очень хорошие новости, — хриплю я, пытаясь унять бешеный стук сердца.

Интересно, какой это фрагмент…

Насколько большой…

Ставлю бутылку, сплетаю пальцы в замок, опираюсь локтями на колени и подаюсь вперед.

— Есть что-нибудь про Кизари, Вейу или Грима, моего заместителя? Он отправился в Гондраг, чтобы забрать яйцо.

— Проверю. — Борг подплывает ближе, словно покачиваясь под музыку, его туманные пальцы растопырены — он осматривает свои заостренные ногти. Он прекрасно знает, что держит меня за яйца. — Что-то еще, мой король?

Пережевываю слова, которые хочу выпустить, гадая, не стоит ли последовать совету Рейв и оставить все как есть. Заткнуть поглубже желание ворошить прошлое.

Но жадная потребность побеждает.