Книга Баллада о павших драконах, страница 123 – Сара А. Паркер

Так.

Чертовски.

Близко.

Сердце колотится, колеса все ближе.

Ближе.

Слышится грохот: мою еду швыряют сквозь прутья, и что-то холодное и влажное плещется об мою босую ступню.

— Спасибо! — кричу я с излишним воодушевлением, полагая, что если не продолжу расхваливать эту заплесневелую бурду, он может догадаться, что я что-то затеяла.

В ответ — тишина.

Он увозит тележку, а я жду, трижды пересчитывая все луны на потолке, прежде чем выбраться из-под одеяла.

— Готова? — спрашиваю я, приподнимая Ней.

Она подрагивает крылышками.

Я раскрываю ладонь и дую на нее.

Ней кувыркается в воздухе, порхая обратно к лунам, пока я достаю свои костяные инструменты, осматривая оба. Почти идентичны.

Боги, я хороша.

Сделав успокаивающий вдох, я подтягиваю ногу и втискиваю обе отмычки в замок, закрываю глаза и использую острые кончики, чтобы нащупать внутренности механизма. Словно пытаюсь составить карту местности, паря между мощными крыльями Сури. Трудно представить это без видения эскорта Пах, летящего по обе стороны и зажимающего нас в тиски.

«Это для твоей же безопасности», — говорил Пах каждый раз, когда ловил нас при попытке улизнуть без них. — «Ты принцесса или дура?»

Моя верхняя губа дрожит, обнажая зубы.

Ненавижу то, что своим заточением подтверждаю его правоту. Искру ярости я использую, чтобы удвоить усилия.

Нахмурившись, я поворачиваю штифт, сдвигая металлическую пластинку…

Ней перестает порхать.

Я распахиваю глаза.

Я прячу отмычки, сгребаю Ней в ладонь и прижимаю к колотящемуся сердцу, подпихивая костяшки под подстилку, прежде чем свернуться калачиком и накинуть на нас обоих одеяло. Жду.

Считаю до ста, потом обратно до одного. Повторяю.

Ничего.

Сделав глубокий вдох, я отбрасываю одеяло и встаю на колени.

— Ложная тревога, — шепчу я, затем поднимаю руку и дую на крылья Ней.

Она падает с моей ладони и тут же порхает обратно к шее, зарываясь в мои волосы.

Странно…

— Ты в порядке, — шепчу я, обхватывая ее ладонью. Кладу ее к себе на колени вверх тормашками и потираю большим пальцем то место, где написано ее имя, улыбаясь. — Знаю, перемены пугают, но все будет хорошо. Обещаю. Я позабочусь о тебе, помнишь?

Я приподнимаю край подстилки и достаю обе отмычки, проверяя их на повреждения, когда глубокий, тягучий голос бьет меня под дых.

— С кем ты разговариваешь, принцесса?

Мое тело содрогается с такой силой, что когда конечности инстинктивно сжимаются вокруг моей драгоценной Ней — защищая ее, — это, вероятно, выглядит как самооборона.

Надеюсь.

— Со стеной, — хриплю я.

Мой тюремщик возникает из сгустка тени, подходя вплотную к прутьям; его лицо скрыто в темноте низко опущенного капюшона.

Король Падальщиков.

— Со стеной, говоришь?

Вопрос — словно поток магмы, хлынувший на меня.

Сжигающий.

— Да. — Я пытаюсь выровнять голос. — Думаю, одиночество берет свое.

— Ах. — Он лезет в карман своего потертого плаща, выстаскивает массивный ключ и с лязгом вставляет его в замок.

Черт.

Я подталкиваю отмычки под ягодицы, следя за каждым медленным движением его гибкого тела.

Он открывает дверь под визг ржавых петель, заполняя пространство запахом пыли и пепла; он движется вперед, словно растекающееся чернильное пятно, заставляя меня чувствовать себя слишком маленькой и скованной.

Слишком чертовски беспомощной.