Книга Кондитер-попаданка. Жена, от которой отказался дракон, страница 46 – Лилия Тимолаева

Она выглядела почти скромно после его конструкции.

Председатель разрезал первую порцию.

Попробовал.

Ничего не сказал.

Второй судья повторил за ним.

Третий сначала попробовал маленький кусок, потом взял еще один, захватив больше сливочной части.

Я ждала.

— Четыре основных продукта? — спросила женщина из комиссии.

— Да.

— Вы могли использовать восемь.

— Могла.

— Почему отказались?

— Потому что восьмой десерт не обязан содержать всю предыдущую коллекцию.

Председатель посмотрел на меня.

— А что тогда связывает его с ней?

Вот главный вопрос.

Я не отвечала сразу.

Не ради эффекта.

Хотела сформулировать точно.

— Способ думать о вкусе.

В зале стало тише.

— Объясните.

— Когда я впервые прочитала рабочие записи, мне казалось, что их автор просто плохо владеет техникой. Она постоянно меняла последовательность, ошибалась, возвращалась к старым вариантам. Но постепенно я заметила вещь, которую сама она почти нигде не формулировала прямо.

Я указала на тарелку.

— Ей не нравились десерты, которые можно понять с первого кусочка. В ее лучших работах один вкус приходил первым, второй появлялся позже, а иногда менял впечатление от первого.

Один из судей посмотрел в свои бумаги.

— Приведите пример.

— Третья работа. Груша и семена. Пятая — карамель и запеченный плод. Шестая — в записи есть фраза: «Сначала тепло, потом резко свежее».

Председатель кивнул.

— В вашей нынешней работе?

— Сначала орех и карамель. Потом слива. В конце сливочная часть возвращает тот же фрукт уже другим вкусом. Я не стала повторять ни один существующий десерт. Я продолжила принцип.

Женщина из комиссии попробовала еще раз.

— Это ваша техника?

— Да.

— А идея?

Я посмотрела на зеленую тетрадь, лежавшую на отдельном столе среди материалов спора.

— Началась не у меня.

В зале стало совсем тихо.

— Чья она? — спросил председатель.

— Мавены.

Одел повернул голову.

Я продолжила:

— Женщины, которая создала семь работ. Она не закончила последнюю так, как хотела. Я могу сделать ее технически лучше. Могу исправить ошибки. Но не собираюсь утверждать, что придумала то, чего не придумывала.

— Тогда на каком основании вы претендуете на авторство коллекции?

Вопрос был опасным.

И справедливым.

— На том основании, что спор идет не о моих нынешних навыках. Он идет о том, кто создал «Семь земель». Рабочие записи показывают путь Мавены. Сегодня я могу только доказать, что понимаю этот путь достаточно хорошо, чтобы продолжить его.

Председатель посмотрел на остальных членов комиссии.

Потом на Одела.

— Господин Марвен, хотите дополнить объяснение своей работы?

Одел встал.

— Только одно. Госпожа Вальд сейчас сама признала, что не является автором части технических решений.

Я ответила раньше председателя:

— Никогда этого и не скрывала.

— Однако претендуете на исключительные права.

— На работы, созданные Мавеной.

— Которой вы являетесь.

Вот здесь мне пришлось остановиться.

Публично рассказывать о попадании я не собиралась.

— Юридически перед вами Мавена Вальд, — сказала я. — А спор об авторстве решается по материалам разработки, а не по тому, насколько вам нравится моя личная история.

Одел чуть улыбнулся.

— Удобно.

Керран сидел в первом ряду.

Он не вмешался.

И я была ему за это благодарна.

Председатель поднял ладонь.

— Достаточно. Профессиональная часть Седьмого Стола завершена. До вынесения окончательного решения комиссия рассмотрит дополнительные материалы, поступившие перед сегодняшним заседанием.