Книга Возлюбленный враг ("Тени Алых парусов"), страница 72 – Регина Грез

А кто для него я?

Возлюбленный враг. А зачем нужно любить врага… Досадно, не помню, как продолжалась в Библии эта фраза. Не затем ли, чтобы заманить поближе и ударить в самое больное место? Боже, а если все это подстроено, если у них какая-то договоренность с Вальтером и нужно, чтобы я расслабилась, стала доверять Отто.

Но какой от меня толк? Что я могу сделать важного для выполнения их боевых задач и целей?

Генералу я могу быть полезна лишь как компаньонка для его сына, не больше. Если первое время я тряслась каждую ночь, ожидая каких-то попыток с его стороны, то теперь даже сплю, не закрывая дверей, лишь изнутри приставив к ним стул, ключа - то нет.

У Вальтера может быть куча всяческих женщин в городе, очень ему надо ко мне лезть, к прислуге. Хоть одна печаль миновала, надеюсь.

— А я думаю о тебе, - тихо признался Грау.

Вот и новая забота, Отто у нас расчувствовался и все так не вовремя - так неправильно сейчас. Тяжело… грустно до слез.

— Лучше не начинай! Смотри на дорогу, совсем темно, еще съедем в канаву.

— Мне все равно.

— Конечно! Ты же «бессмертный Отто». А оправлюсь ли я после аварии еще неизвестно.

— Все такая же ведьма!

— А с чего мне меняться?

Похоже, мои слова заставили его быть немного внимательней, и вскоре мы уже заезжали в ворота особняка на Евангельской. Прощание перед крыльцом и вовсе вышло неуклюжим и глупым. Грау хотел взять меня за руку и что-то сказать, но я вырвала ладонь и забежала внутрь, чтобы он не увидел, как я готова зареветь.

Жалко мне его стало, вот уж воистину заблудившаяся душа, страшнее наказания не придумать - второй раз пройти через ад, зная каждую ступеньку каждого его круга.

* * *

Я думала, что Франц уже спит, ведь было так поздно. Я хотела только заглянуть к мальчику и убедиться. Я приоткрыла дверь, поняла, что в комнате горит торшер и тихо зашла внутрь. Франц и правда спал. А рядом с ним на кровати лежал его отец, подперев голову рукой и задумчиво глядя на сына.

Я мраморной статуей замерла, увидев эту картину, глазам своим не поверила - Вальтер был в пижаме, с босыми ногами и его вид сейчас меня ошарашил. Мне отчего-то всегда казалось, что его форма срослась с телом, будто вторая кожа, будто он и ночью спит в своем кителе и черных сапогах.

Чушь, конечно, но я не воспринимала генерала отдельно от его «сбруи», а сейчас он выглядел, как обычный человек, который прилег отдохнуть рядом со своим сынишкой. Идиллия!

Я опомнилась и уже хотела шагнуть обратно, спрятаться у себя, но Вальтер вдруг поднял руку, давая понять, что мне нужно остановиться.

— Как прошел вечер, Ася? Было много религиозных споров?

— Все прошло хорошо… начался дождь, мы сидели в машине, иначе приехали бы намного раньше.

Почему-то у меня возникло желание оправдаться перед ним за долгое отсутствие на рабочем месте. Генерал одобрительно кивнул.

— Я рад, что ты весело провела время. Однако мне доподлинно известно, что некоторые религиозные прения заканчиваются аутодафе. Надеюсь, с тобой не случится подобной неприятности, Ася?

— Простите, я же не сказала «весело», у меня не много причин для веселья, потому что вы… вы не позволяете мне встретиться с нужным человеком, не даете его адрес, такая мелочь, я не понимаю. А все это чрезвычайно важно для меня.