Книга Возлюбленный враг ("Тени Алых парусов"), страница 27 – Регина Грез

А потом Грау достал сигареты и вовсе отвернулся, чтобы отойти в сторону. Вот нахал, не только я его сейчас жду, ведь есть еще Франц Он с удовольствием уселся в удобном салоне, глазенки блестят - милый, открытый ребенок, ничего нет в нем папочкиного...

Однако через пять минут я не сдержалась и выдала начальственным тоном фрекен Бок из «Карлсона»:

— Грау, а ты в курсе, что курить вредно? Эта привычка может пагубно отразиться на твоем здоровье.

Блондин даже бровью не повел, лениво растягивая слова для ответа:

— Я и не собираюсь жить долго.

— Жаль Отто… очень жаль. Ты - молодой и симпатичный.

Он круто повернулся в мою сторону:

— Ты находишь меня симпатичным? Странно...

У меня сразу улучшилось настроение и появился боевой задор.

«Ага! Попался. Ну, теперь держись, айсберг самодовольный…»

— Вынуждена признать, юноша, вы весьма радуете взор! Просто девичья мечта: высокий голубоглазый блондин спортивного телосложения с загадочной миной на вечно бледном лице.

Отто презрительно сплюнул себе под ноги, кажется, подобного заявления от меня не ожидал и сейчас лихорадочно придумывал, как понаглее ответить. А тут еще раздался тоненький голосок Франца:

— Отто - красивый, я бы хотел быть как он, когда вырасту.

Я чуть со смеху не покатилась, увидев, как щеки Грау заливает краска. «Лед тронулся, господа обыватели...» Всего-то надо было пустить парочку комплиментов от щедрого сердца. Но Отто быстро справился с легкой растерянностью и снова смотрел на меня свысока.

— Голову не потеряй! Мне некогда с тобой возиться, ты вообще не в моем вкусе - русская...

Почему он вечно тычет мне в лицо национальную принадлежность? Николай Второй разочаровал? Ленин возмутил? А может, корни его неприязни гораздо глубже, может, дедушку Грау когда-то не пустили во дворец к Екатерине Великой или кого-то из родни перетрясли в Петрограде во время октябрьских беспорядков позапрошлого века?

Живет в Отто обида на наш народ, надо бы как-то докопаться до сути. А пока я нахожу достойный ответ на его слова:

— Знаете, герр Грау, внешность не главное в мужчине, ведь за самой приятной наружностью может скрываться жуткое чудовище: хитрое, бессовестное, жестокое. А потому скажу вам прямо, что характер человека, его привычки и его поведение значат для меня гораздо больше, чем правильные черты лица и социальный статус.

— Ты меня в чем-то подозреваешь? Считаешь чудовищем? Думаешь, мы все - нелюди? - взвился Грау, точно его ужалили под лопатку.

«И с чего он взял? И кто это - мы все...»

— Я просто рассуждала на тему мужской привлекательности. А что касается вашей персоны, юноша… мы не достаточно знакомы, чтобы я могла сделать вывод конкретно о вас.

— "Юноша?" - хмыкнул он. - Не слишком задирай нос, я старше тебя.

— О, да! Конечно... конечно... - язвительно улыбнулась я.

Господи, да если бы он только знал, что я древнее его почти на целый век - нет, лучше ему этого не знать.

Франц смеялся, - его откровенно забавляла наша перебранка. Я повела глазами по окнам дома и вдруг заметила Вальтера. Он стоял у окна в расстегнутом кителе, внимательно за нами наблюдал. Окно было приоткрыто, значит, вполне мог все слышать. Мне стало не по себе, еще решит, что я с Отто заигрываю. Фу, гадость какая!

Я быстренько села в машину к Францу и примолкла. Вскоре мы уже выехали за ворота особняка, и Отто повез нас в Старый город, где находятся самые престижные магазинчики Познани.