Книга Я (не) смогу тебе помочь, страница 62 – Татьяна Киселева, Леся Громовая

Устал, с каждым днём мне всё тяжелее уезжать от Лисы. Какая-то тревога сжимает сердце. Может, я просто боюсь, что ей не понравится дом, что я купил для нас? Лиска, я надеюсь, что ты влюбишься в него, так же как и я. Может, не ездить сегодня? Чёрт, что ж так нехорошо на душе-то?»

Ослепшими от слёз глазами я смотрю на эти строки, написанные размашистым почерком, и вою, вою.

Ну, зачем ты поехал? Ты же предчувствовал, Макс!

Наревевшись досыта, я уснула. А когда проснулась, позвонила по номеру на визитке. Мне ответил приятный мужской голос: — Я вас слушаю!

— Добрый вечер. Меня зовут Василиса Леонидовна, я супруга Королёва Максима Владиславовича…

— Добрый вечер, вы что-то хотели, Василиса Леонидовна?

— Матвей Григорьевич, я вам звоню по поводу дома. Я так понимаю, ремонт уже должен быть закончен. Могу я подъехать и посмотреть?

— Да, конечно, ремонт уже давно закончен, я все отчёты, как и договаривались, сбросил на почту вашему мужу. Вот только Максим Владиславович, по какой-то причине не желает выходить на связь…

— Матвей Григорьевич, — у меня перехватывает горло, но я протолкнув комок, продолжаю, — Максим, мой муж, погиб в тот самый день, когда вы встречались с ним в последний раз…

— Простите меня, я не знал… Соболезную, — по голосу говорившего было понятно, что он растерян.

— Так мы можем завтра встретиться?

— Да, конечно. В котором часу вы подъедете?

Я предварительно посмотрела по карте и прикинула расстояние: получается, что мне ехать от дома примерно час.

— Давайте в девять, — говорю я.

— Отлично. Тогда до завтра, — прощается со мной Матвей Григорьевич.

В семь утра я уже на ногах. Принимаю душ, пью кофе, кладу в сумку папку с документами. Забиваю в навигаторе адрес дома и еду.

Доехав до места аварии, остановилась. Вышла из машины, положила на снег у обочины букет красных роз.

Плакала, что-то шептала, просила прошение.

— Родной мой, я буду всегда тебя помнить. Люблю, скучаю… Потом вытерла слёзы и, сев в машину, ещё какое-то время просто сидела. Потом двинулась дальше.

Странно, что в этом посёлке я раньше не бывала. Мне казалось, что мы объездили с Максом всю округу и катались на всех склонах. Но здесь не были ни разу.

Когда до посёлка под названием Нижняя Нёма оставалось километра три, то справа от дороги я увидела оборудованный подъёмником горный склон, с которого лихо скатывались лыжники. Ещё чуть ближе к Нёме тюбинговый спуск, где тоже развлекался народ.

В груди разлилась боль.

«Максим, Максим, ну как же ты так, родной»!

Сморгнула с глаз набежавшие слёзы, несколько раз глубоко вздохнула, и, немного сбавив скорость, продолжила движение. Дорога вывела меня на берег озера, на льду которого сидели любители зимнего лова.

Минут через десять я парковалась возле ворот, рядом со стоящим чёрным внедорожником.

Калитка была приоткрыта, и я вошла во двор. Передо мной раскинулась широкая поляна, окружённая с трёх сторон деревьями, а четвёртая сторона выходила к озеру. Особнячок довольно необычной формы и цвета стоял почти посередине. Дом был тёмно-зелёный, почти чёрный, и словно состоял из двух геометрических фигур: равнобедренного треугольника и прямоугольника. Одна из сторон треугольной части была полностью стеклянной и смотрела на озеро. Чуть поодаль виднелась беседка, от которой к озеру спускалась вычищенная от снега тропинка. Из трубы над крышей из профиля такого же цвета, что и стены, к небу поднимался столбик белёсого дыма.