Книга Когда-нибудь мы просто будем, страница 58 – Ne Ta

Миллер позвонил примерно в девять вечера и предупредил, что будет у неё через полчаса с вещами.

— Надеюсь, ты не выгонишь меня, на ночь глядя? — устало спросил Вито.

— Не выгоню. Я тебя очень жду, — как всегда, честно ответила она. — Ставлю разогревать ужин?

— Ставь, только на самый маленький огонь, а я лечу на самой большой скорости.

Эмма улыбнулась. Она не стала задавать ему вопросов по телефону, хотя любопытство уже зашкаливало. И всё же решила, что надо сначала накормить, а уж потом — разговоры о работе. Сидя у окна, выходившего на дорожку, по которой должен был прийти Вито, смотрела, как редкие ночные снежинки осторожно пробирались в город.

«Их век не долог. Они растают, лишь только коснувшись земли, веток голых кустов или, например, моего стекла. Вот — маленькая, невозможно красивая зимняя звёздочка на мгновение взглянула на меня и тут же превратилась в капельку, словно обожглась. Или заплакала. Грустно. У нас дома уже давно лежит снег, морозы за сорок, а здесь ветер, плюс танцует с минусом в обнимку, и кто из них победит завтра утром, неизвестно. Какую одежду готовить, тоже вопрос. А снежинки всё равно медленно падают с неба, даже не водят хоровод, просто падают, как в пропасть...»

Её задумчивое настроение было прервано появлением на дорожке Миллера, тащившего две дорожные сумки внушительного размера. Она приподняла в изумлении брови, никак не ожидая увидеть такого количества вещей. До Эммы окончательно дошло, что Вито переехал к ней жить. Он не будет уходить за костюмом, в котором надо пойти на важное совещание; за другой одеждой или обувью, необходимой по сезону; за инструментом для ремонта кранов или другой домашней мелочи; за чем угодно, чего нет у неё.

«Ну, разве что кормить соседского кота всё же поедет. Или за платёжными квитанциями, которыми всегда набит почтовый ящик, и не имеет значения, что ты платишь автоматически через договор с банком. Ящик, полный бумажек, привлечёт внимание и друзей, и врагов. А нам это совсем не нужно», — подумала она с улыбкой, направляясь к двери, чтобы помочь Вито, у которого обе руки были заняты.

— И это ещё не все вещи, а только самые необходимые на первое время, — сказал он, ставя сумки на пол и притягивая к себе Эмму. — В одной сумке только костюмы, рубашки и вешалки для них моего размера. Уж извини, но твои «плечики» мне несколько маловаты. А я спешил, как мог. Голоден зверским голодом. Что на ужин? Мясо?

Вито спрашивал, а сам вдыхал аромат её волос, прижимал всё теснее, показывая, насколько соскучился за день. Она подняла к нему лицо, прикоснулась губами к колючему подбородку и закрыла глаза, прячась в свою мечту-фантазию...

— Мясо, да, — негромко ответила ему, обнимая поверх куртки. — Запекла ещё картошку в духовке прямо в мундирах, смазала маслом, посыпала приправами, солью, перцем; салат приготовила по-деревенски.

Он почувствовал, как внутри что-то словно кольнуло, отдаваясь резью в глазах.

«Что это я? Или вдруг вспомнил, что такое слёзы от счастья? Но вдруг сейчас стало так тепло, по-домашнему уютно. Когда такое было? Миллион лет назад... Хочется возвращаться к ней снова и снова. Уходить на работу, а потом спешить домой к ней, только моей Эмме».

— Будешь кормить меня? — прошептал Вито, боясь голосом выдать свои эмоции, нахлынувшие так неожиданно для него самого.