Книга Искатель, 2012 № 09, страница 68 – Александр Юдин, Василий Щепетнев, Сергей Саканский, и др.

— Кто брал? Кто? — сказал Свят, уже трясясь от гнева. — Если не было никаких рудокопов, то кому все это было нужно?

Илья развел руками. Помолчав, сказал с какой-то грустью:

— Отцу... Все это было нужно отцу. И деду. И прадеду. Все это начал, как я понимаю, еще мой прадед. Во время революции семья спряталась в шахте. Не убежали за границу, как другие. Прадед был готов к событиям и надеялся переждать их. Заранее сделал запасы, надежное, секретное убежище. Группа отчаянных белогвардейцев скрывалась в шахте, как в крепости. Они совершали вылазки, нападали на красных. Никто из них не думал, что революция будет продолжаться семьдесят лет.

— Как все это может быть связано с ловлей зверей и птиц? А главное — с убийством людей?

— Я не знаю. Я никого не убивал. Но у меня есть одно предположение... Я думаю, что еще прадеду пришла в голову мысль создать некую... коллекцию.

— Коллекцию? — с возмущением воскликнула Настя. — Из птиц, зверей и... людей?

Илья развел руками.

— Это всего лишь мое предположение. Еще до революции при шахте был зоологический музей. Это было своеобразное хобби семьи. Прадед был таксидермистом-любителем. Еще он выписал специалистов, которые вели какие-то особые научные разработки, что известно из старых писем.

— Какие еще разработки?

— Я не знаю точно. Думаю, что-то связанное с биологией.

Свят с удивлением смотрел на Человека-месяца младшего. Он представил и отца его, и деда, и прадеда — все такие же, как он, человеки-месяцы.

— Если я правильно понял, — сказал Свят, помолчав, — твой отец и его подручные создавали чучела из людей?

— Я этого не утверждаю. Но иного объяснения у меня нет.

Свят резко повернулся к Насте:

— Я должен спуститься в шахту. Я найду то, что эти люди сделали из наших родителей, и мы достойно похороним их останки.

— Я пойду с вами! — вдруг заявил Илья.

— Разумеется, — пожал плечами Свят. — Именно это я и предлагаю. Ведь ты, как я понимаю, знаешь, как туда попасть. А тебе, Настя, думаю, не стоит идти...

— Нет уж, я пойду!

— Это может быть опасно.

— Вся моя жизнь была опасной.

— К тому же, — заметил Илья, — кто, кроме нее, узнает тела родителей?

— Правильнее бы позвать с собой еще людей. Местных журналистов, что ли, милицию... — проговорил Свят.

— Думаете, кто-то еще нам поверит?

— То-то и оно. Я хочу сначала увидеть весь этот кошмар собственными глазами. И если это существует, не беспокойся, будет и пресса, и похороны с музыкой.

— Моя семья виновата перед вами, и я сделаю для вас все, что в моих силах, — сказал Илья, и голос его прозвучал где-то даже торжественно.

— Трудно во все это поверить, — задумчиво проговорил Свят, будто обращаясь к самому себе. — Хорошо, — он вскинул голову. — Что ты можешь рассказать о Грановском?

— О Грановском? — дурным эхом отозвался Илья.

— Ты знаешь такого человека?

— Нет.

— Он был членом банды.

— Но я не был знаком с членами банды. Я всего лишь ловил птиц для отца.

— Но ты знаешь, как спуститься в шахту. Откуда?

— Я родился и вырос в этом поселке. Верблюд был любимым местом всех здешних детей. Есть заброшенные ходы, старые штольни. Думаю, это как раз то, что нам нужно.

— Короче! Когда выступаем? — вмешалась Настя.

— Вот это разговор! — оживился Илья. — Д ля шахты не имеет значения, день или ночь. Главное, выспаться и быть бодрым.