Книга Тысячи Осеней. Том 2, страница 142 – Мэн Сиши

— Вот именно! Неужели Стеклянный дворец так страшится буддистов и школы Обоюдной Радости, что отправил лишь хрупкую девчонку?! Они нас за дураков держат?

— Верно! Какой тогда смысл в Пробе меча? Лучше уж вернуться пораньше домой да выспаться как следует!

Один начал, другие подхватили – в мгновение ока со всех сторон раздался ропот. Обстановка накалилась. Ученики храма Чистого Ян заметно встревожились и вопросительно посмотрели на настоятеля.

— Тебя зовут Вэй Гаофэй, ты из Летающих Бессмертных и прекрасно владеешь клинком-дао, а именно искусством Опустошенного Неба, принятым в твоей секте, – вдруг заговорила девушка в пурпуре, по-прежнему стоявшая подле И Бичэня. Ее звонкий голос нефритовым колокольчиком разнесся по залу. Но несмотря на всю его мелодичность, звучал он холодно – ни тени чувств, ни намека на гнев или возмущение. Казалось, сомнения гостей, прибывших в храм Чистого Ян, ничуть не задели девушку.

Юноша, первым усомнившийся в судье из Стеклянного дворца, поначалу опешил, но быстро откликнулся:

— Вы правы, но что с того?..

— Однако в твоем искусстве существует роковой изъян, – невозмутимо продолжила Юань Цзысяо, – преграда, которую тебе вовек не одолеть. Поэтому сути Опустошенного Неба тебе ни за что не постичь и совершенства не добиться. Именно из-за этого изъяна ты не так давно уступил Ци Вэю из школы Драконовых Врат.

Вэй Гаофэй переменился в лице:

— Откуда… как вы узнали?!

Юань Цзысяо пропустила его вопрос мимо ушей и все так же бесстрастно продолжила:

— Искусство Опустошенного Неба предполагает быстрые и точные движения, однако твоему запястью недостает гибкости, а потому ты не выдерживаешь нужной скорости. Пусть все приемы ты отточил до безупречности, тебе никогда достичь единства с клинком.

Теперь Вэй Гаофэй уже не допытывался, откуда девушке известно о его недостатках.

— Позвольте узнать, есть ли выход? – поспешно спросил он.

— Выход есть, – откликнулась Юань Цзысяо. – Раз тело тебя ограничивает и тебе не суждено освоить Опустошенное Небо в совершенстве, то зачем упорствовать? Лучше отточить другое умение твоей секты – искусство Звездного Света, оно требует твердой руки и размеренности. С ним любая тяжесть покажется легче перышка. И тогда с твоими способностями и задатками тебе не составит труда стать по-настоящему великим бойцом.

— Тяжесть легче перышка, тяжесть легче перышка… – в задумчивости забормотал Вэй Гаофэй, то хмурясь, то покусывая губы. Вдруг он ахнул и поклонился Юань Цзысяо: – Спасибо вам за наставления! Безмерно вам признателен, в будущем непременно отблагодарю вас!

С этими словами он встал и, ни на кого не глядя, быстрым шагом вышел из зала. Как ни окликали его соученики, он даже не обернулся. Судя по всему, речь Юань Цзысяо что-то прояснила для него. С мастерами боевых искусств порой случается, что даже случайно сказанная кем-то фраза подталкивает их к озарению, и тогда они понимают, как преодолеть то или иное препятствие на пути совершенствования. Поэтому-то никто не осудил Вэй Гаофэя за уход – напротив, ему завидовали белой завистью.

Следом Юань Цзысяо назвала еще нескольких смутьянов, обозначила, какое боевое искусство они изучают, и перечислила их слабости и недостатки. Только что они роптали и возмущались, но теперь лица их исказил ужас – раз за разом девушка попадала в точку и вскрывала самую суть.