Книга Несравненный. Том 1, страница 115 – Мэн Сиши

* * *

Цяо Сянь почувствовала, как заметно расслабился Вестник, завидев своих помощников. От чужих глаз подобная мелочь бы ускользнула, но она служила в управе уже давно и неплохо разбиралась в том, что ему по нраву, а что вызывает отвращение. С людьми Цуй Буцюй всегда держался настороже и мало с кем мог позволить себе ослабить бдительность: Цяо Сянь и Чжансунь Бодхи посчастливилось быть в числе этих избранных.

Не пожелав даже попрощаться, служащие управы Левой Луны удалились, забрав с собой Вестника. Фэн Сяо, однако, мешать им не стал: ему самому нужно было время восстановить силы.

Убийцу хотанского посла до сих пор не нашли, нефрит Небесного озера – тоже. Тюрки, явившиеся покончить с Цуй Буцюем, в полном соответствии с его замыслом обратили свой гнев на Фэн Сяо; однако, отправившись в рощу на поединок, он прихватил с собой Вестника, беды обрушились на них со всех сторон, так что, просчитавшись, они оба чуть было не погибли, а в противостоянии управы Левой Луны и чертога Явленных Мечей так никто и не сумел одержать победу. Потому стороны на время отступили, запомнив долги друг друга, дабы при случае стребовать оплату по счетам.

По дороге Вестник уснул прямо на спине Чжансунь Бодхи: тот шел размеренно, руки его ничуть не дрожали, так что Цуй Буцюй не заметил, как его укачало.

— Похоже, его отравили, – шепотом заметила Цяо Сянь.

Чжансунь Бодхи согласно хмыкнул, он давно уже уловил странный аромат, исходивший от Цуй Буцюя.

— Это благовоние Безысходности, – пояснил он.

На лице Цяо Сянь отразился испуг, тут же сменившийся негодованием:

— Да что себе позволяет этот чертог Явленных Мечей!

Мужчина ответил не сразу. Фэн Сяо давно славился непредсказуемостью в поступках и неразборчивостью в средствах, а потому не было ничего удивительного в том, что второй господин прибег к подобному способу.

— Не горячись, – наконец сказал он. – Дождемся, когда Вестник очнется. Наверняка у него и на этот случай найдется какой-то план.

Впав в забытье, Цуй Буцюй проспал два дня. Тем временем подчиненные уже выяснили все необходимое и лишь ждали его пробуждения, чтобы отчитаться.

Проснулся он слабым и разбитым – все тело ныло. Лишь разум его оставался совершенно ясным – вероятно, благодаря отдыху. А потому, едва открыв глаза, он тут же погрузился в работу, позвав к себе Цяо Сянь и Чжансунь Бодхи.

— Что случилось за эти два дня? Посланец Апа-хана прибыл? – спросил он, медленно попивая куриный бульон, поднесенный служанкой: Цуй Буцюй не захотел, чтобы его кормили с ложечки.

— Посланец Апа-хана уже в городе, – доложила Цяо Сянь. – Он тайно приехал вчера, мы разместили его на ночлег и ожидали лишь, когда вы проснетесь, чтобы сразу же устроить встречу.

Цуй Буцюй кивнул:

— А как идут дела у чертога Явленных Мечей?

— Фэн Сяо велел уездному главе Чжао запретить въезд и выезд из города. Они ищут женщину из Когурё, с которой мы тогда сражались. Помимо прочего, семейство Лу постигло страшное несчастье. В ту ночь, когда вы отправились в рощу, барышня Лу, дочь Лу Ти, утонула – ее тело пока не похоронили. Пока Фэн Сяо занят поисками Цинь Мяоюй, он велел оцепить усадьбу, ее обитателям нельзя теперь и шагу за порог ступить. Говорят, глава семейства вне себя от гнева и даже написал дальней родне в Фаньян в надежде, что те заступятся за него и помогут вразумить чертог Явленных Мечей.