Книга На порубежье, страница 71 – Андрей Булычев

— Андрей Иваныч тут?! — крикнул он, оглядывая ряды воинов.

— Тут я, Степан! — отозвался командир бригады. — Пропустите ко мне сотника!

— Господин бригадир, две сотни развёрнуты вокруг крепости! — доложился тот, пройдя за спины воинов. — У немцев здесь тоже пара конных было, дня три они пытались с нами схлестнуться. Мы их на расстоянии из луков били, в ближнем бою не сходясь. Те только убитыми потеряли четверть от всего состава, и со вчерашнего дня за ворота вообще перестали выезжать. Так что всё предместье теперь наше. Ночью подходим ближе к стенам, пугаем немца, а к рассвету отъезжаем. Там четыре скорпиона с высоты башен аж на пару сотен саженей свои стрелы мечут и два камнемёта приличных. Пару человек и коня у нас поразили. Опытные сволочи, хорошо бьют. На реке у крепостной пристани в самом начале три ладьи стояли, так одна сразу, как мы только сюда прибыли, вниз по течению ушла, а две других через день. Мы их горящими стрелами ночью закидали, вот и не стали они судьбу испытывать. Потом уж дождь этот хлынул, и я приказал кроме дозоров всем спешиться. Да, и пара десятков конных у меня к Ашерадену ускакали, смотрят, чтобы от неё сюда подкрепления втихую не подошли. С ними ещё я всех нальшей отрядил, всё равно под стенами от них нет толку, пусть лучше заслоном сидят. Может, и с местным лесным племенем сговорятся. Ну вроде всё, доложился.

— Понял, Степан Васильевич, спасибо, — поблагодарил сотника за доклад командир бригады. — Что по поводу самой крепости можешь сказать? У нас есть плохенький её рисунок, но только там едва ли что можно разобрать.

— Очень сильная крепость, — с сожаленьем ответил тот. — По-моему, даже и Динабургской не уступит. Не вся она пока что в камне, им брёвна стен только до середины обложили, но зато стоит в хорошем месте, в устье речки Персе, на выступающем, высоком мысе, где она с Двиной сливается. К Динабургской подход с севера ведь аж на полторы сотни саженей шириной был, а тут едва ли на три десятка шагов, и всюду обрывы. Ну и ров с подъёмным мостом, это уж как обычно у немцев. По гарнизону воинов общим числом сотни четыре было, пара сотен пешцев на стенах, ну и конных две. Полсотни из конных, как я уже докладывал, мы выбили.

— Понял, — кивнул бригадир. — Ладно, завтра всё своими глазами оглядим и будем думать, что дальше делать. Двадцатое сентября уже на исходе, нам неделя, не больше, на осаду, потом в любом случае или штурм, или уходить, но это на худой конец. Подскажи, где лучше рать разместить?

— Да вот, в паре сотен шагов лес, — сотник махнул рукой, указывая направление. — Темно сейчас, не видать его, а лес так-то хороший, старый, густой. От ливня он, конечно, не укроет, но удобные, возвышенные места там есть. Мы в нём тоже свой лагерь разбили. И от реки, кстати, недалеко, свою пристаньку построить можно за ней и за ладьями приглядывать.

— Так и сделаем, — согласился с его доводами командир бригады. — Тимофей, оставляй сотню пешцев для охраны ладей, — приказал он заместителю. — Остальных веди для обустройства лагеря, Степан покажет куда.

Чавкая по сырой, размешанной сапогами и копытами земле, прибывшие по реке сотни потянулись в лес.

— Да-а, хороша, — оглядывая поутру крепость, промолвил Филат. — Слабых мест в ней как бы и нет. Вот же умеют немцы строить, что-что, а это у них не отнять. В диком месте у речного пути сначала малую деревянную поставят, лет десять прошло — глядь, а она уже большая и вся в камне.