Книга Гром победы, раздавайся!, страница 108 – Андрей Булычев

— А далеко ли он, этот самый проход? – поинтересовался командир Полоцкого полка.

— Да нет, что вы, совсем рядом! – махнул рукой Алексей. – Мы сейчас как раз посредине всей линии находимся. Вот по этой дорожке, на которой стоим, в западную сторону версты две еще проедем и как раз на том месте будем. У меня там сейчас дежурная рота на охране стоит.

Командиры полков подошли к стоящей поодаль свите, оседлали коней и отправились в сторону озера Ялпуг. Прошло немного времени, и мимо того места, где они только что вели беседу, проскакал казачий разъезд.

* * *

— Подъем, подъем, отделение! – спящих в палатках егерей расталкивали капралы и унтеры. – Выходи строиться!

Снаружи накрапывал мелкий дождик, крупные капли падали с деревьев, было сыро и холодно. Егеря спешили встать в строй и на ходу переговаривались.

— Ноябрь месяц, морозов нет, а холодней, чем у нас в Вологодчине, – слышалось из строя. – А чего вы хотите, братцы? Море рядом, Дунай тоже, вон, рукой подать, а вокруг озера большие к тому же. Мундиры мокрятся, сырые все время, как ты их ни суши, вот с того-то и зябко.

— Разговорчики! – проворчал унтер. – Уже ведь в строй встали, али помалкивайте, ну или шепотом балабольте, чтобы только сосед ваш слышал.

— Ротный, ротный идет! – послышалось из шеренг, и сразу все стихло.

— Смирно! – выкрикнул заместитель командира роты. – Господин поручик, третья рота второго батальона для развода на службу построена. Незаконно отсутствующих нет. Докладывает подпоручик Мейер.

— Вольно! – козырнул Ширкин. – Командирам полурот и плутонгов, проверить внешний вид егерей, амуницию и оружие. Потом идем на завтрак, получаем сухой порцион и выдвигаемся к засечной линии. Каждый свое место там уже знает. Службу нести бдительно, никому не спать и не шуметь, свое месторасположение не выдавать, – говорил как-то буднично командир роты. – Приступаем к проверке!

* * *

— А мне все равно повара больше насыпают, – с усмешкой сказал Коробов, скребнув по дну ложкой. – Вы, тамбовские, разговаривать с ними не умеете, а они же ведь тоже человеки, поболтать, пошутить с солдатом любят. Скучно же просто так цельными днями котлы топить да черпаком махать.

— Вот и ходил бы все время сам к кухням, – хмыкнул Чижов, облизывая свою ложку. – Коли у тебя такое умение разговоры вести имеется. Герась, давай, доскребывай поскорее посудину, сегодня твоя очередь котелок мыть.

— Ла-адно, помню я, – протянул товарищ. – Сейчас, дно еще не блестит, маненько осталось.

— Да, конечно, оно не блестит, ночь же еще, – буркнул недовольно Егор. – Эх, ну вот какой же это завтрак в ночи? Более на ужин похожий. Остальные-то, кому не идти в дозоры, они-то уже при свете, как и положено, брюхо набивать будут.

— Ну а чего поделать, ежели начальством велено в темноте на свои места вставать? – пожал плечами Карп. – Небось, и правильно так, чтобы ворог не углядел в сторо́же шевеление. Эй, Герась, ну хватит уже скрябать, дырку ведь в посуде протрешь! – бросил он ширкующему в котелке ложкой товарищу. – Беги давай уже к ручью да поскорее мой! Вона, унтеры уже зашевелились, видать, скоро начнут колонну строить.

— Рота, заканчиваем завтрак! – донесся крик старшего сержанта. – Быстро прибрались, поправились – и бегом все в строй!

* * *