Книга Война на Дунае, страница 98 – Андрей Булычев

— Зажигайте костры! – скомандовал Луковкин. – Передайте дозорным парам – усилить наблюдение, авангард подходит!

— Господин подполковник, посмотрите, на берегу встречают, – показал на две искорки Воронцов. – Как раз в том месте, которое мы в прошлый раз для десанта выбрали.

Прошло немного времени, и возле искорок замерцали более яркие огни.

— Михаил Фёдорович, к ним правьте, – протянул руку, указывая капитану, Живан, – прямо в середину между самыми яркими огнями, это костры для удобного подхода судов.

— Отзовись! Кто на берегу?! – крикнул, всматриваясь в приближающуюся тёмную громаду берега, Милорадович.

В световой круг одного из костров из этой темноты выскочила фигура человека, и до выцеливающих берег егерей донёсся знакомый звонкий голос:

— Подпоручик Луковкин, особый полк егерей! Здоро́во, братцы! Всё хорошо! Свои!

— А вон и Ефграфович рядом! – узнал подошедшего к офицеру сержанта Осокин. – Я своих хоть с какой дали различу. Ну, значит, точно всё хорошо, можно не опасаться.

Через пять минут с ткнувшегося в мель галиота высадились первые пять десятков егерей. Быстро оглядевшись, они, рассыпавшись в цепь, заспешили вглубь берега, а к импровизированному причалу уже подходили новые суда.

— Господин подполковник, группы за время разведки провели поиски без боевых столкновений с неприятелем, – докладывал подпоручик. – Турки всё время вели себя тихо, только лишь редкие дозоры у них по окрестностям проскакивали. Но со вчерашнего дня начали беспокоиться, чуть было на нас пару раз не нарвались, насилу удалось уклониться от встречи. Ближайшее село, где они стоят, в паре вёрст к югу. Крепость Тульча восточнее него верстах в пяти. Между ними хорошая дорога, она просохнуть успела, да и вообще земля сухая, только тут вот у берега ещё сыро, – ударил он подошвой сапога по чавкающей от влаги земле.

— Сколько в этом селе и в Тульче, по вашим прикидкам, неприятеля? – поинтересовался у него Милорадович.

— В селе ополченцы абазы стоят и сотня сипахов, – уверенно ответил Луковкин. – Это её, этой сотни, объездной участок. Он, как я понял, до Тульчи идёт, а дальше уже другая сотня свой берег объезжает. Про Тульчу твёрдо сказать не могу, – покачал он головой, – одни уходят, другие заходят в крепость. Но тысячи полторы, а может, даже и две, там должно быть. По орудиям ничего не изменилось, на валах два десятка пушек, как и прежде, стоит, больше половины из них мелкого калибра. От Бабадага позавчера группа Лужина вернулась, – кивнул он на сержанта. – Ну, он вам вернее сам про ту сторону доложит.

— Говори, Фёдор, по существу, – приказал Милорадович. – Сейчас командир прибудет, подобьём все, что вы разведали, чтобы уже ему обобщённое пояснить можно было.

— Слушаюсь, по существу, ваше высокоблагородие, – кивнул Цыган. – Значит, пока мы там глядели, турки словно бы сонные мухи были. Большого движения у них там никакого не наблюдалось. В Бабадагском лагере их, конечно, много обосновалось. Точно посчитать трудно, но тысяч двадцать, пожалуй, точно есть. Половина, наверное, пехоты, а половина конными стоят. В сторону Тульчи вообще мало кто ездит, всё больше к Браилову и Мачину двигают. Вот туда также неприятель и большими обозами идёт, и воинскими порядками. Пушки пока не катили, всё больше конница на дороге скакала.