Книга Избранница Белого Волка, страница 26 – Инна Дворцова

— Где были? — спрашивает отец, чтобы поддержать вялую беседу.

— Представлял свою невесту моей дружине. Воины должны знать свою госпожу, — вполне любезно отвечает Рагнар, и я расслабляюсь. Кажется, эти двое заключили перемирие. Можно поужинать спокойно.

— Госпожу? — врывается в их диалог ехидный голос Марты. — Эту приблуду без роду и племени? Насмешил меня, князь.

Она и вправду заходится в хохоте. Родители хмурятся ещё больше, недовольные её вызывающим поведением.

— Марта, остановись, — мама кладёт ладонь на её руку.

— Вот ещё! — она вырывает руку. — Вы не рассказали князю, что подобрали её на помойке? Он один не знает, что берёт гнилой товар?

Отец кулаком бьёт по столу так, что звенит посуда. Моя тарелка подпрыгивает, съезжает по скатерти и разбивается. Я смотрю, как она разлетается на осколки и вместе с ней разлетается на осколки моя душа.

Не могу даже заплакать: внутри всё каменеет.

Час расплаты настал. Знать бы ещё, за какие грехи.

Сейчас Рагнар посмотрит на меня брезгливо и разорвёт помолвку. Я зажмуриваюсь. Мне не вынести этого презрительного взгляда.

— Пошла вон, — слышу я крик отца.

Поднимаюсь с места, как во сне, но Рагнар удерживает меня, заставляя опуститься назад. Надежда затрепетала в сердечке, и я несмело приоткрываю глаза. Он берёт мою холодную ладошку в свою горячую руку и качает головой. Приказ отца относится не ко мне, он смотрит на Марту.

— Закрой рот и убирайся из-за стола. Марта, я предупреждаю тебя, ещё одно слово, и ты будешь наказана.

Но Марту несёт, словно кобылу дядьки Свена. Конечно, её же никогда в жизни ни за что не наказывали.

— Ещё чего! Я старшая дочь, наследница Западного Пограничья. Никуда я не пойду! Я и так вынуждена сидеть за столом с этой чернью!

— А кто тебе сказал, что ты наследница? — кажется, не у одной Марты отказали тормоза. Такой маму я никогда не видела. Глаза пылают от ярости, лицо разрумянилось, в волосах вспыхивают магические искорки. Богиня возмездия во всей красе. Краем глаза вижу восхищённый взгляд Вегейра, устремлённый на маму.

— Мелисса, — угрожающе рычит Келси Велес. — Ты пожалеешь, если откроешь рот.

— Да что она может такого рассказать? — раздирает уязвлённую Марту.

Мы с Майей даже перестаём дышать, наблюдая за этой перепалкой. Пахнет сенсацией.

— Я устала молчать, видя, как унижают мою дочь. Почти семнадцать лет мне приходится это терпеть, — мама разворачивается и гневно смотрит на Марту. — Ты даже мизинца её не стоишь, наследница. Если бы ты знала, кто отец Вилены, ты бы, пожалуй, попридержала язык.

— Ну так, давай! Поведай нам этот секрет, — запальчиво требует сестра.

Все присутствующие, как заворожённые, смотрят на маму. Я даже подаюсь вперёд, чтобы не упустить ни одного слова.

— Намного интереснее послушать, кто её мать, — хмыкает Рагнар так, что создаётся впечатление, будто он уже знает ответ.

Перевожу взгляд с него на маму и обратно. Кажется, наконец-то тайна моего происхождения будет раскрыта.

В трапезной повисает гнетущая тишина. Внутри у меня всё дрожит одновременно и от возбуждения, и от ужаса. В предвкушении того, как, наконец, прозвучит имя моего отца, я нервничаю: и хочу услышать, и одновременно боюсь этого.

А вдруг он какой-нибудь известный государственный преступник, и лучше бы мне оставаться приёмной дочерью Келси Велеса, чем законной дочерью этого неизвестного.