Книга После развода. Дочки-витаминки от бывшего мужа, страница 5 – Ольга Тимофеева, Яна Мосар

— На такой тачке… эх… тебе можно было бы и не работать.

— И зависеть от него? Нет уже. Думаю, девчат, надо искать просто работу не по специальности. Хотя с такой записью, фиг уборщицей даже не возьмут.

— Вот они придурки. Не могли просто уволить тихо?

— Если бы я не стала залупаться с ними, может, и уволили бы. Я же хотела доказать им… Доказала на свою голову. А без трудовой устраиваться такое себе.

— А чего развелись-то?

— Сейчас, может, и не развелись бы, — опускаюсь на лавку рядом и и смотрю на девчонок своих. — Договорились, может быть. А тогда молодые были. Никто не захотел пойти другому навстречу. Его родители еще надавили. Время поджимало. На эмоциях все больше было. Когда деньги есть и делить особо нечего, тогда развестись проще, чем расписаться. Потом уже узнала, что беременна.

— И ты ему не сказала?

— А что? Написать: "Привет, ты теперь папа, но это неважно, наслаждайся солнцем и налогами в Европе"? — вздыхает Кира, такая же как я. Только ее бросили беременной.

— Да уж... — Тянет Вера. — А теперь “почему твой ребенок царапает мне бампер”? Да? А выкуси! Надо было самому воспитывать.

— Или нет, — Лена прыскает, — это твой ребенок, братан. Ты и плати.

— А реально, если выставит тебе счет, — все на автомате поворачиваем голову в сторону машины и следим взглядом, как он переезжает на освободившееся место. — Выставит счет, а ты ему, вот и плати. Твои дети.

— А я не хочу ему говорить, что его. Фиг ему. Отдыхал там, балдел, жил в удовольствие пока я тут не спала ночами. К тому же мои его ненавидят, — усмехаюсь сама себе, — он их суп из шишек испортил. Это вообще где видано? В кафе прям на своей машине заехал? Ни воспитания, ни манер.

— Как ты вообще за него замуж вышла, за такого хама? — кивает Лена.

Давид как раз выходит из машины и стреляет в нас взглядом.

Ой. Спалил.

Мы все разом отворачиваемся.

— Любовь зла, полюбишь и шкалапендру эту.

— Мам! — кричит с горки Амина. — Вита не дает нам кататься.

Ну, правильно, как катиться, когда тот, кто должен был стать в конец очереди, скатился, а теперь лезет вверх по горке, чтобы снова съехать первой.

— Вита! Пойдем домой сейчас же!

— Шестерка, — шипит на сестру Витка.

— Дамы, — подходит к нам Давид, — у меня уже не только уши горят, но и все остальное…

— Можно без твоих интимных подробностей? — тут же осекаю.

— Пошли отойдем, поговорить надо, — кивает мне.

— Не о чем.

— Есть о чем.

— Обнять тебя хочу, никак лет пять не виделись, — расправляет руки, ждет, что я брошусь в его объятья.

— Мой муж не очень будет рад, что я с тобой тут обнимаюсь.

Вру и, мне кажется, даже не краснею.

— Жаль, — опускает руки, отшучиваясь, — пошли присядем.

Разворачивается и идет к свободной лавочке.

Я оборачиваюсь к девочкам, они скептически смотрят в его спину.

— Пойду узнаю, что хочет.

Выдыхаю и иду за ним. Широкие плечи обтянуты хорошо скроенным пиджаком. Брюки тоже сидят так, что и не облегают попу, как у…. тех самых, но и вроде подчеркивают заднее достоинство.

— Что ты хотел? — поторапливаю его.

— Как жизнь?

Давид опускается на ближайшую скамейку и разваливается. Колени врозь, руки раскидывает по спинке, будто это все его тут.

— Отлично.

— Как родители?

— Живы, здоровы.

— Мммм… оно того стоило?