Книга Без твоей любви этот мир не для меня, страница 57 – Мара Евгеника

И сразу начинается полный треш.

Она командует, критикует, лезет во всё.

Через несколько дней у Славы с ней возникает конфликт.

Мой спокойный, уравновешенный сын — такой же, как Савва, — не выдерживает.

— Слушай, ма, — говорит Славка, заходя на кухню, где я пью остывший кофе. — Наверное, будет всем лучше, если я перееду. У меня в городе, в конце концов, есть своя однушка. Думаю, пришло время мне начинать самостоятельную жизнь.

— Что? — я не верю своим ушам.

— И ещё я разговаривал с отцом, — продолжает Славик. — Решил на каникулах поработать на объектах.

— Ты о чём? Собираешься подниматься высотки?

— Ну конечно…

Пожимает плечами сын.

— Я же не просто так занимаюсь альпинизмом. Отец меня научит. Мне нужно в конце концов становиться взрослым.

— Нет, — отвечаю категорично. — Я не разрешаю…

— Мам, я с отцом этот вопрос согласовал. Он меня берёт. Но если хочешь, сама с ним пообщайся по этому вопросу.

— Я не собираюсь с ним ни о чём разговаривать! — говорю жестко.

Слава вздыхает. Смотрит на меня — как на больную.

— Как хочешь, — хмыкает сын и уходит.

Остаюсь одна на кухне. Сжимаю кружку. Руки дрожат.

Я теряю контроль. Теряю семью. Теряю детей. Сначала Савва, теперь Слава. Кто следующий?

Последние недели у меня уходят на судебные хлопоты.

Я все же подала заявление на развод.

Суд будет только через месяц. Адвокат объясняет:

— До этого времени вам нужно получить документы. Справку от психиатра, от психотерапевта. Для опеки это будет важно. В вашем случае непросто, и органы опеки однозначно будут приглашены.

— Почему однозначно? — уточняю, напрягаясь.

— Потому что у вас пятеро детей, Марина.

— Но я уже работаю, — возражаю неуверенно. — Официально. У меня хорошая зарплата.

— Да, — кивает адвокат. — Но вы недавно работаете. До этого времени всё время находились дома с детьми. Всё равно органы опеки должны будут всё посмотреть. Это обычный стандартный развод. У каждого развода есть свои закавыки, скажем так, юридические. И не думайте, что ваш муж пойдёт вам навстречу и даст вам единоличную опеку над детьми.

— Я об этом и не думаю, — выдыхаю нервно, потому что знаю уже ответ Мамонтова.

Он мне об этом сам сказал ещё в больнице.

Вспоминаю тот разговор.

Голос Саввы был жёстким, не терпящий возражений: «Я готов отдать тебе всё, Марина. Но детей нет. Будет пятьдесят на пятьдесят. А если нет, то я буду настаивать и заберу детей».

Я знаю. Савка просто так слов на ветер не бросает.

Утром собираюсь в офис.

Карпов требует оплаты счетов за какие-то работы, которые я проверить не могу.

Мне надо поговорить с Саввой. Но…

Он на связь не выходит, а я сама звонить ему не стану.

Сегодня у меня очередной дурдом с утра.

Я уже почти собралась и готова выйти, как дома снова возникает скандал.

Мать отчаянно ругается с детьми. Кричит на них. Позволяет себе некрасивые слова в их адрес.

— Платон, ты что, идиот?!

— Мама, пожалуйста, не надо, — прошу я. — Мои дети не привыкли к этому.

— Бабушка, ну зачем вы так? — вмешивается Ия.

Но… мать не унимается.

Она в своей стихии.

Она всегда была такой.

И я вдруг с ужасом понимаю, что смотрю на себя. На то, кем я могу стать.

— Балованные, эгоистичные идиоты! — орёт она.

— Мама! — пытаюсь остановить её.

— Ты, — поворачивается она ко мне. — Ты их разбаловала. Ни дисциплины, ни порядка.