Книга Александр: линии судьбы, страница 211 – Кристина Ният

По спине пробежал холодок. Странно слышать такие жестокие слова из уст матери. Может быть, у меня галлюцинации? Что она несет? Я сжал губы в тонкую полоску и, схватившись за подлокотник, заставил себя подняться. Родители оба повернулись на мои шаги и через мгновение оказались рядом, поддерживая с двух сторон.

— Сынок, я ведь просила не вставать так резко, — мама схватила меня под локоть, наблюдая за моей ногой в спицах.

У меня закружилась голова, и я ухватился за руку отца.

— Я хочу позвонить Лене. Мне нужно с ней поговорить...

— У тебя еще язык заплетается, — отец крепче обхватил мою руку. Я стоял на ногах благодаря ему. — Нужно восстановиться до конца.

— Пап, пожалуйста, — проговорил я сквозь зубы. — Я должен с ней поговорить. Она знает, что я улетел в Израиль? Кирилл передал ей новости обо мне, как я просил?

Мама подняла голову к потолку. Отец посмотрел мне в глаза.

— Саня, давай доведем все здесь до конца, а там посмотрим, как жить дальше.

Я отстранился.

— Что происходит... Ты можешь сказать?

— Сдалась тебе эта Лена, — мама покачала головой. — Оставь ее в прошлом, Саша, прошу.

Они что, не в себе? Что они говорят? Я хотел возмутиться, но боль в затылке перекрыла мысли. Отец подхватил меня и осторожно устроил на койке. Я сомкнул ладонь вокруг его запястья и, закрыв глаза, прошептал:

— Я хочу поговорить с Леной.

— Встанешь на ноги и потом...

— Сейчас, — прорычал я, открывая глаза. — Я хочу понять, что происходит!

— Довольно, — мама оттолкнула отца и, нависая надо мной, медленно проговорила: — Эта идиотка села за руль в невменяемом состоянии! Вы могли погибнуть из-за ее неосторожности! Я никогда больше не позволю тебе приблизиться к ней! Ты понял меня, Саша? Только она одна во всем виновата!

Дыхание сбилось, я закрыл глаза. Я помню, что Лена села за руль в состоянии сильного гнева из-за моего общения с Соней. Она злилась, но соображала. Еще я ярко помню свет от фар... какой-то вонючий козел выехал на встречку и не справился с управлением. Мы бы разбились насмерть, но я успел вывернуть руль и предотвратить трагедию.

— Она не виновата, — тихо сказал я. — По встречной ехала машина... того кретина нужно лишить прав.

— Лену нужно лишить прав! Женщине нет места за рулем! Она чуть тебя не убила! Представляешь, с ней ничего не случилось! Цела и невредима, а мой сын — всмятку! Мы собирали тебя по костям, и я никогда больше ее не приму!

В состоянии крайней беспомощности я был полностью зависим от родителей, и мне казалось, что я многое переосмыслил. В моменты кризиса мы часто обещаем себе стать лучше, добрее и чище. Однако стоит вернуться к повседневной рутине, как мы вновь становимся прежними. Я не понимал мать. Не понимал ее идиотских суждений и обвинений. Я не понимал, почему молчит отец. Я смирил ее недовольным взглядом.

— Что ты несешь? При чем здесь вообще ты... и твое принятие?

Я говорил приглушенно, с трудом собирая мысли в ясную картину происходящего. Мама медленно отстранилась и схватила отца за руку. Она снова призывала его на помощь... Я перевел взгляд на отца. Его плечи напряглись. Я или она? Кого он выбирает? Обидно, что ему все время приходится разрываться между нами, но это не моя вина.

— История с Леной закончена.

— Кто ты такая, чтобы это решать?