Книга Ребенок от брата жениха, страница 82 – Ксения Фави

— Папа!

И по этому воплю я тоже заскучал.

— Привет, принцесса.

Поднимаю Злату на руки.

— Мы поедем в замок?

Киваю.

— Конечно.

Милена что-то говорил пожилой женщине, а та смотрит на нас со Златой внимательным взглядом. Да, ее мама в годах, ведь Мила не первый ребенок в семье. Кроме как посидеть с внучкой, ничем Милене она помочь не могла. Накатывает безысходная злость за эти годы, которые были тяжелыми для девчонок.

А вот в глазах «тещи» зла я не вижу. Когда Милена нас знакомит, та улыбается.

— Я о вас уже многое знаю заочно, Матвей. Что вы на большой машине привезли Злату жить в замок. Но этот замок плохой, потому что мама и Злата там живут одни. Теперь Златик ждет, когда вы построите добрый замок, заберете ее туда с мамой, и у нее появится сестричка. Как у Миры Смирновой.

Милена смеется, закрыв лицо ладошками. А я в очередной раз поражаюсь, как ловко все схватывает эта золотоволосая головка.

— Ну что вас принесла фея, не стоит уточнять?

Киваю.

— Это я в курсе. Приятно познакомиться, Любовь Степановна.

Женщина улыбается лучистой улыбкой.

— Мне тоже, Матвей, проходите к столу.

Нас кормят вкусным горячим борщом и расстегаями с мясом. Пробегав весь день, я чувствую зверский голод. А еще ощущаю, что мама Милены ко мне настроена нормально. Так что спокойно поедаю угощение. За столом серьезные темы не поднимаем, говорим о погоде и ценах. Любовь сокрушается, в какую копейку ее родне обошелся ремонт.

После еды Мила собирает Златика, я пока остаюсь на кухне. В гостиной учит уроки девочка родственников. Мама Милены убирает со стола.

— Я рада, что вы нашлись, Матвей. Ничего не имею против Вани, но с Миленой они не пара. А про девочку говорить нечего, как она счастлива.

Женщина сама заводит откровенный диалог, и я ей благодарен.

— Я тоже счастлив, Любовь Степановна. Простите, что не был рядом с Миленой все это время.

Хозяйка квартиры вздыхает.

— Инка — маленькая засранка. Я не диктовала Миле, с кем ей общаться. А надо было! От этой девицы всегда веяло гнильцой. Куплю Миленке платье или туфли, эта визжит — тебе не идет. Завистница! Но Мила все время с улыбкой отмахивалась, делала по-своему… А тут испугалась.

Качаю головой.

— Никто не мог подумать, что Инна на такое способна. С ней еще будет разговор… Я тоже виноват и очень сильно, буду стараться искупить свой грех.

— Вы просто не бросайте их, и всё, — перебивает женщина.

Такого поворота точно не будет.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— И не подумаю. Можете называть меня на ты.

Мама Милены улыбается.

— Хорошо, Матвей. Ты ведь тоже будешь теперь моим ребенком. А твоя мама… Она болезненно приняла ваш конфликт с братом? Не признала внучку?

Тяжелый вопрос. Но я понимаю, она просто переживает за Милу и Злату.

— Мама была в шоке, когда мы говорили в последний раз. Я еще попробую с ней пообщаться.

Любовь Степановна кивает.

— Попытайся. Она умная женщина, Милена мне про нее рассказывала. Но если не захочет, толкать ей Златку насильно не надо. Извини, что лезу…

Она спохватывается, начинает собирать нам выпечку. Я не раздражаюсь, этот разговор мог быть гораздо хуже. Сам не представляю, привезу ли когда-то Милену и Злату к матери как свою семью. Что ж… Пока нам пора домой.

Златка уже готова и канючит, что пора на улицу. Чмокается с бабулей, открываем дверь. Внезапно мама останавливает Милену.