Книга Дочка от отца бывшего, страница 46 – Ксения Фави

Боже, я ведь даже не в курсе толком, что ему предлагают. Но когда Платон возвращается, я набираюсь храбрости и завожу разговор.

— Ваш подчиненный так любит свою работу. Готов не расставаться с начальством и вечером.

Платон стоит в дверях кухни. Спиной оперся на косяк, руки сложены на груди. На нем еще строгие брюки и рубашка.

— Его зарплата предполагает полную занятость. Это не работа от звонка до звонка. Но Игорь горит желанием, ты правильно подметила.

В глазах мужчины улыбка. И какое-то одобрение. Так что я решаю продолжить.

— Я немного слышала разговор…

— Да, мы спорили громко, — тут уже Филатов откровенно усмехается, — хорошо, Дуняша спит наверху.

От упоминания дочки я улыбаюсь, но сейчас не о ней.

— Мне почему-то кажется, вы не должны менять свое мнение. Интуиция подсказывает, именно вы правы…

— Интуиция?!

Ну вот, сейчас мужчина меня высмеет. На его лице широкая улыбка. Завожу руки за спину и сцепляю там пальцы. Тереблю зубами губу изнутри. Думаю, как бы ответить и не замечаю, что Платон оказывается близко.

— И часто ты пользуешься этой самой интуицией?

Пытаюсь посмотреть на собеседника, но тут же опускаю глаза. Потому что своими он так прямо оглядывает мое лицо. Кажется, в местах его взгляда я даже чувствую легкое тепло.

— Мм… Ну, я всегда обдумываю свои решения.

Это так. Вот сейчас мое сердце рвется открыться этому мужчине, а мозг все равно давит на риски.

— Но в моем случае интуиция решила дать совет? Неужели ей интересны какие-то там стройки?

Ух, Филатов! Он может быть серьезным и даже милым (с Дуней, например). А бывает вот таким обезоруживающим. Он сам как будто поддается желанию быть рядом, говорить вот так низко рядом с ухом. Так вышло и в первую нашу встречу!

Так, что он там спросил. В горле пересохло.

— Она просто встала на вашу сторону.

Ох, словесные баталии — это всё же не моё. Особенно с ним.

— Спасибо ей за заботу. Еще ни одна интуиция за меня не переживала.

Тут я распахиваю глаза и вскидываю взгляд на него. Как он близко! Крепкий подбородок и его широкие губы прямо перед моими глазами. Не могу не посмотреть на них, и воспоминания проносятся по мне током. Эти губы в ту ночь много где побывали…

— Мм… Пожалуйста, — отвечаю на благодарность.

Он снова улыбается.

— И тебе тоже спасибо.

Только сейчас понимаю, он снова говорит мне «ты». У меня не повернется язык ответить тем же, но он словно немного простил мне интригу с Даниилом.

Я даже веселею, но потом… Показалось, или он сейчас погладил тыльной стороной руки мою руку?! Они как раз находились внизу рядом. Фу-ф, я так цепенею, что даже не могу сделать шаг назад. Платон тоже не собирается отходить.

Мы стоим молча. Кажется, я еще пару раз чувствую его тепло кожей. А потом мой телефон издает писк.

— Что это?

Глубоко вдыхаю.

— Проснулась наша… Дуся.

Нет, я бы вряд ли сказала — дочка. У меня нет привычки болтать, не думая. В последние годы нет. Может, этой фразой я хотела прощупать какую-то почву?.. Увидеть его реакцию. Но единственное, что я тут же замечаю, тепло в его глазах.

— Тогда надо поторопиться, — мужчина отходит от меня и кивает на выход, — а то наша Дуся нас потеряет.

Он сказал наша? Повторил за мной, или это тоже продуманная фраза? Может ли Филатов о чем-то догадываться? Или он уверен, что предотвратил любые последствия нашей ночи?