Книга Развод в 40. Бывшая мисс «Никто», страница 7 – Каролина Рипер

Я взяла кастрюлю, отнесла в ванную и вылила в унитаз. Жирная, мутная жидкость с комками вывалилась в дырку, противно чавкнув на прощание. Нажала на кнопку смыва — вот так же произошло и с нашим браком: его просто смыло, оставляя жирные разводы на фаянсе.

Вернувшись на кухню, поставила кастрюлю в раковину — она слишком громко стукнула о дно мойки. Я взяла губку, налила моющего средства и начала мыть кастрюлю. Обычное действие, которое я проделывала сотни раз. Но сегодня всё было другим. Вода шумела, пена взбивалась в воздушные облака, а в голове крутилось одно и то же. Говорить или нет? Сказать ему прямо сейчас, когда он войдёт в дверь? Или подождать до завтра? Или вообще не говорить, а просто уйти? Собрать вещи, взять кота и исчезнуть, оставив записку на столе — короткую, холодную, в стиле «я всё знаю, прощай»?

Я тёрла кастрюлю изнутри, но она всё время казалась грязной. Я налила ещё моющего, поскребла жёсткой стороной губки. Руки двигались механически, а мысли метались. Если я скажу — он начнёт врать. Я знала это. Или начнёт оправдываться. Обвинять меня. Говорить, что я сама виновата — мало внимания, мало секса, мало тепла. Или скажет, что это была ошибка, что он любит меня, что это ничего не значит. И тогда я должна буду решить — верить или нет. А я больше не могла верить. Вообще ничему. Ни ему, ни себе, ни тому, что мир устроен справедливо.

Пальцы покраснели от горячей воды. Я выключила кран и замерла, слушая тишину. Квартира молчала.

Хлопнула входная дверь. Я вздрогнула.

— Ань! Я дома!

Голос Олега — бодрый, усталый, привычный. Я слышала, как он снимает ботинки, вешает куртку, шаркает по коридору. Мои руки сжались в кулаки, впились ногтями в ладони. Я стояла у раковины, спиной к двери, и заставляла себя дышать. Ровно. Глубоко. Как учил тот мужчина на дороге.

— О, ты ещё не спишь? — Олег зашёл на кухню, щёлкнул чайник. — Поздно уже. Я на объекте задержался, — он усмехнулся, открывая холодильник и осматривая полки. — Принимал работу, эти придурки всё тянули. Устал как собака.

Я молчала. Просто стояла, глядя на кастрюлю. Он сказал «поздно уже». Я посмотрела на часы. Уже половина двенадцатого. И сколько я тут стою? Хотя я даже не помню, как долго была в офисе каршеринговой компании, как долго гуляла по улице.

— Ань? — он обернулся, взглянул на меня. — Ты чего такая? Устала? Замоталась? У тебя лицо не очень.

Я покачала головой, продолжая молчать. Слова застревали в горле. Я хотела сказать всё. Нет, я хотела просто ударить его, схватить за плечи, встряхнуть, закричать. Но я стояла как столб. Олег взял кружку, наполнил водой — всё так привычно для него, а он мне кажется чужим.

— Ну, слушай, что я тебе расскажу, — он отхлебнул воды из кружки, уселся за стол, развалился на стуле. — Мы там всю технику перепроверяли. Старые генераторы, какие-то провода — кошмар. Я еле вырвался. А этот прораб, Петрович, — он хмыкнул, — вечно всё портит. В общем, устал, жрать хочу. Ты что-нибудь готовила?

Я молчала. Смотрела на его руки. Те самые руки, которые обнимали другую женщину час назад. На его лицо. Глаза. Он врал так легко, так естественно, будто всю жизнь только этим и занимался.

— Да что с тобой, Ань? — в его голосе послышалось раздражение. — Ты молчишь, как рыба. Случилось что-то? Так ты что-нибудь готовила?