Книга Развод в 40. Бывшая мисс «Никто», страница 10 – Каролина Рипер

Он подошёл ко мне почти вплотную, и я почувствовала его дыхание, горячее, с привкусом лжи, злобы и ненависти, которую он так долго копил и теперь готов был вылить на меня.

— Но я готов жить с тобой дальше, — сказал он. — Я не бросаю тебя, поняла? Я герой, что вообще с тобой остаюсь! Но при всём уважении к десяти годам, проведённым вместе, я останусь! Ты должна быть мне благодарна! Ты живёшь на всём готовом благодаря мне! Дом? Мой! Машина? Моя! Деньги? Мои! Ты ничего не имеешь! У тебя нет работы, нет сбережений, нет ни-че-го! Только я!

Он ткнул себя пальцем в грудь.

— Поэтому ты будешь молчать, — сказал он, и его голос стал стальным. — Будешь молчать о ней. Будешь принимать, что я прихожу, когда хочу, и ухожу, когда хочу. Будешь улыбаться, готовить и делать вид, что у нас всё хорошо. Иногда будешь ходить со мной на встречи, притворяться любящей женой. Хотя нет, не притворяться, ты будешь продолжать жить так, как мы жили, и будешь любить меня, как ты умеешь. Или...

Он сделал паузу. Посмотрел на меня с таким спокойным, ледяным презрением, что у меня по коже побежали мурашки.

— Или ты останешься без ничего. На улице. С котом и пустыми руками. Поняла меня?

Я молчала. В горле стоял ком, такой большой, что я боялась открыть рот. Сердце билось где-то в висках, отдавалось в пальцах, в кончиках волос. Я смотрела в его глаза, и там не было любви. Не было даже жалости. Только власть. Только желание сломать меня окончательно.

— Поняла, — прошептала я. Голос предательски дрожал, но я не заплакала. Нет. Не при нём.

— Молодец, — он кивнул, развернулся, взял со стола йогурт и пошёл к выходу из кухни. — Я переночую на диване. Завтра всё будет по-старому. Иди спать. Не делай глупостей.

Он вышел. Я слышала, как хлопнула дверь гостиной, как заскрипел диван под его весом. Он лёг спать. Просто лёг спать. Как будто ничего не произошло.

А я стояла на кухне, прижимаясь спиной к кухонному шкафу, и смотрела на кастрюлю, которую вымыла. На кота, который тёрся о мои ноги и не понимал, почему я не двигаюсь.

Я сделала глубокий вдох. Потом ещё один. Мои пальцы дрожали, и я сжала их в кулаки.

Он ошибался. Во всём. Что я ничтожество. Что я без него не справлюсь. Что я останусь с пустыми руками.

Я медленно выпрямилась. Подошла к столу. Взяла телефон. Посмотрела на его экран — на нашу общую фотографию, которая теперь казалась фотографией других людей. Других, счастливых, наивных.

Он не знал, что у меня есть подушка, о которой он не догадывался. Что я уже давно начала копить — просто так, на всякий случай. Чтобы делать ему подарки. Иногда я брала подработку в виде дипломных работ. Олег всегда был против, чтобы я работала. И подушка скопилась. И эта подушка была не огромной, но достаточной, чтобы снять квартиру на полгода.

Он не знал, что я не собиралась быть его тенью. Все его предложения и слова просто чудовищны.

— Нет, Олег, — сказала я в тишину. — Это ты ошибаешься.

Сосиска подошёл ближе, потёрся о щиколотку. Я наклонилась, погладила его. Мягкая шерсть, тёплый бок. Он всегда был со мной. Он не предавал. Он любит просто так — за то, что я есть.

— Мы справимся, — сказала я коту. — Мы уйдём.

Я пошла в спальню. Закрыла дверь. Села на кровать и долго смотрела в окно. Сегодня в ночь я не уйду.