Книга Не делай этого…, страница 26 – Галина Колоскова

— Те, кто и так знают всё. Остальные посмеются, редактор в том числе, и посоветуют обратиться к психиатру. – Говорила она на полном серьёзе. – Не инструкции нужно писать, а художественную книгу, относя всё к вымыслу и буйной фантазии. – Она смотрела мне в лицо. – Я не шучу сейчас. Напиши, попробуй. Хотя бы в интернете размести. Пусть знают люди, что если есть Бог, то и чёрт где-то рядом бродит. Нужно всегда помнить, что нет ничего приятней для него, как соблазнить человека верующего. Искушение – его оружие.

И вот теперь собственные мысли уговорить Дарью остаться со мной показались в новом свете: не поддавался ли искушению я?

Я сжал крестик, надетый утром после проявления старухи. Он лежал возле тапок, тогда я решил, что его притащила Дашка, хотя, наверное, так оно и было.

— Бес вселяется в слабых. – Она, усмехнувшись, кивнула на мою руку. – Ты же крестик недавно надел, хоть и крещённый после рождения. Ходим в храм, столкнувшись с непознанным или в страданиях. Молиться надо, просить защиты у тех, кто рядом с Богом, и они помогут, обязательно.

— Как ты мне сейчас?– я не знал, как реагировать на проповедь визитёрши с того света, хотя она сама была доказательством правоты сказанных ранее слов.

— Да, как я. – И тут же окрик. – Смотри на дорогу!

И опять её предупреждение было к месту. Я перестроился из левого ряда в правый, заметив впереди мигалки машины ГИБДД.

Дарья замерла, словно прислушивалась к чему-то, а за несколько метров до стражей порядка распорядилась:

— Не останавливайся!

Я мчался мимо выскочивших из машины гаишников, краем глаза заметив, как перекосились их лица… если можно было ими назвать обтянутые серой кожей черепа…

— Я… такое сейчас видел… – заикаясь, пробормотал я, передёрнув плечами, стряхивая с онемевшего тела оторопь.

— Только при мне немало чего…

— Нет, – перебил я Дарью. – Я видел их сущность, понимаешь. То, чем были они на самом деле: давно потерявшие плоть мертвецы.

— Это должно было произойти. С кем поведёшься…

— От того и наберёшься! – закончил я мысль любительницы пословиц.

— Вот поэтому и рассказываю тебе всё так подробно. Меченый ты теперь, Андрей, для нечисти, тот, кто знает о них и может отличить от живых. Открыв потусторонний мир для себя, сам становишься ему виден. Это как мишень нарисовать на лбу…

— И что теперь делать? – Я удивлялся собственному спокойствию, видно, Дарья сняла с меня не только опьянение и страх, хотя выпить хотелось, но и много других проявлений слабости. – Уничтожим Явдоху, на смену ей придёт кто-то другой, и покоя мне больше не будет?

— Тот другой давно рядом с тобой. – Она внимательно смотрела мне в лицо, словно сканируя. – Вечные сомнения в собственных силах, раскаяние за несовершенные поступки, упорно лелеемое чувство вины в смерти родителей. – Она тяжело вздохнула. – Явдохе нужно было лишь отгонять от тебя людей, способных помочь, остальное ты делал сам. Университет бросил, не пытался вернуть уходящих девушек, считая себя недостойным.

— Ты говоришь сейчас о сатане? – перебил я её, меньше всего желая выслушивать о себе правду.

— О нём. Только подумай, что не хочешь жить, – и он с удовольствием накинет на шею верёвку. Ты стал предметом охоты. Поэтому должен быть уверенным в собственных силах, не физических, за мышцами, как правило, ничего не стоит, самое главное – крепкий дух.