Книга Бесспорно, твое сердце будет моим, страница 77 – Яна Ланская

— Хорошо, — киваю и подхожу к зеркалу. Собираю ещё влажные волосы в хвост и готовлюсь к

выходу.

Мы выскальзываем из Петиной комнаты. В коридоре тишина, а дом погружен в интимный полумрак.

Какая-то тут слишком эротичная атмосфера. Зависаю на огромном ветровом окне, за которым

кружатся снежинки и у которого предусмотрительно стоит огромный мягкий пуф, и представляю,

как бы было здорово заняться на нём сейчас любовью.

От этих мыслей пульс подскакивает, и биение моего сердца прекрасно слышно в этой звенящей

тишине. Мы спускаемся по лестнице, и я замечаю в гостиной Петину маму.

Она лежит на белом диване у камина с планшетом и бокалом вина. Ещё одна соблазнительная

локация, жаль сейчас занята.

— Хочешь познакомиться или беспалевно улизнём? — Шепчет мне Петя на ухо.

— Хочу, — тихо отвечаю и понимаю, что хочу с ним полноценных отношений. Чёрт, я забегаю

вперёд, но я уже и старость с ним встретить хочу. Быстро же я сдалась. Мой антикризисный

контент-план вышел из-под контроля окончательно.

— Ма-ам! — Окликает её Петя, ведя меня за руку в гостиную, и она поднимает на нас взгляд.

— Добрый вечер! — Улыбается нам его мама и обескураживает меня. Нет, я понимала, что у

такого парня не может быть злобной мамаши, но явно не ожидала такой теплоты. С Лизой и папой

я будто отвыкла от адекватных людей. Она даже на долю секунды меня не просканировала. Её

улыбка не вежливая и дежурная, а тёплая и живая. Настоящая.

— Мам, это Маша, — представляет меня Петя.

— Очень приятно, Маша! Я Ксения.

— И мне очень приятно, Ксения! Я в восторге от вашего дома!

— Спасибо! Надеюсь, от сына в таком же восторге?

— О-о, словами не передать, — не успеваю осознать её вопроса, продумать свой ответ, как

слова вырываются, и я заливаюсь предательски обличающим меня румянцем. Петя корчит смешную

гримасу и явно тоже смущается, двусмысленно понимая мой ответ.

— Ой, похвала моих детей — мёд для моих ушей, — смеётся Ксения и подходит к нам вплотную. —

Всегда хотела спросить, а больно здесь прокалывать пирсинг?

— Септум? — Указываю на свой нос. Один вопрос страннее другого. — Нет, абсолютно не

больно.

— Да? А я недавно проколола хрящ, — мама Пети закидывает волосы за ухо и демонстрирует мне

обилие пирсинга, — и чуть не умерла от боли.

— Но выглядит классно, — понимаю, что она так налаживает со мной контакт, и расслабляюсь, —

в септуме хрящ не прокалывают, поэтому не больно.

— У меня подруга делает очень красивые ювелирные украшения, я тебе подарю колечко. Вы

голодные? У нас много еды из аргентинского ресторана.

— Спасибо, но мне в двенадцать надо быть дома. Нам уже выезжать пора.

— Тогда не смею задерживать. Петя, возьми мою машину, я, в отличие от тебя, вчера

переобулась.

— Да, что-то пропустил момент со снегопадом. Мам, а Машины родители дом хотят купить. Им

интересны твои объекты на Рублёвке.

— Я кину тебе презентацию.

— А если не купят, то хотят твой дизайн-проект. Возьмёшь?

— Возьму. У меня есть место для двух проектов. Пусть пишут на почту, в тему письма «От

Маши», я пойму.

Пока мы одеваемся, болтаем с Петиной мамой о всякой ерунде, и я понимаю, в кого он такой

классный. Как же хорошо, что я сразу поняла, что Стас мудак.

Если домой меня Петя вёз, постоянно нарушая скоростной режим и лихача, то из дома, несмотря