Книга Бесспорно, твое сердце будет моим, страница 152 – Яна Ланская

пропал.

Я смеюсь ещё громче. Наклоняюсь, целую его чувственно, неторопливо, смакуя кофе и шоколад

на губах.

— Не успеем, — шепчу ему, отрываясь.

— Я весь в твоей конфете, — бурчит Петя, облизываясь и морщась от сладкого. — Теперь

солёного хочу.

— Ну, в принципе, я могу и забить на первую пару. — Вскидываю бровь и закусываю губу, кивая

на свою юбку.

Петя смотрит на меня, затем на приборную панель с часами. Потом снова на меня. В его

зелёных глазах идёт борьба добра со злом.

— Я люблю тебя, извращенка, — выдыхает он наконец и целует меня снова. — Но у меня важный

тест.

Я допиваю кофе, поправляю юбку, припудриваюсь, и мы выходим из машины. Петя берёт меня за

руку и уверенно ведёт к нашему корпусу.

И тут начинается.

Шёпот. Взгляды. Наши сокурсники оглядываются, толкают друг друга локтями, впиваются в свои

телефоны и что-то яростно печатают. Я чувствую кожей, как меня все обсуждают.

Петя, кажется, не обращает на это никакого внимания и будто нарочно целует меня в висок,

всем показывая, как нам хорошо вместе. И что мы всё прошли и помирились.

— Это только сейчас так, — говорит он тихо, чтобы слышала только я. — К концу дня все

забудут. Я позорился больше, поверь. Тебя просто не было неделю, а так бы всё давно затихло.

— Ага, — неуверенно шепчу я.

— Всё. — Он сжимает мою руку. — Похуй на всех. Мы вместе.

— Ага.

— А хочешь снимем видео новое и с ним вернёмся в ТикТок? — Игриво предлагает мне.

Я тут же забываю обо всех. Резко поворачиваюсь к нему.

— Какое видео?

— Нуу... — он тянет, явно наслаждаясь моей реакцией. — В коворкинге на четвёртом этаже

будем целоваться. Завирусимся или как вы там это с Аней называете?

— Ты правда хочешь этого? — Растерянно моргаю глазами.

— Я просто не против тебя лишний раз поцеловать и полапать. — Петя непринуждённо пожимает

плечами. — А то, что ты там снимаешь, мне пофиг. Мне вообще другие съёмки интересны.

— Интерьерные? — уточняю я.

— Порно, — выдаёт он абсолютно серьёзно и даже бровью не ведёт.

— Петя! — шикаю я, оглядываясь.

— Ой, не притворяйся. — Он ухмыляется. — Я вижу, как у тебя глаза загорелись. Давай, Мэри,

для личного архива!

Я смеюсь, толкаю его в плечо, и мы почти врезаемся в Ангелину.

Мне даже глаза поднимать не нужно. Я чувствую её по сгущающейся атмосфере, молекулам

враждебности и удушающему приторному парфюму с аптечными химическими нотками.

Сгущёнка, как и всегда, идеально уложена и накрашена. В обтягивающем платье карамельного

цвета и с липким глянцевым блеском на свежеподколотых губах.

Петя резко останавливает меня, аккуратно придерживая за талию. Мы замираем буквально в

микрошаге от неё.

Ангелина презренно смотрит на нас. На Петю по отдельности с интересом. На меня с брезгливым

выражением лица, а потом на наши переплетённые пальцы. И её приторная физиономия, к моей

великой радости, скисает на глазах.

— Здрасте, — произносит она на автомате. Сгущёнка явно не ожидала увидеть такую картину.

— До свидания, — бросает Петя и просто обходит её, увлекая меня за собой.

Я даже не успеваю ничего сказать. Мы проходим мимо, и я чувствую её взгляд спиной. Но мне

плевать. Совсем. Её отрицательная аура и перекошенное лицо даже сил мне придали.

Мы доходим до моей аудитории. Я обнимаю Петю на прощание, прижимаюсь к нему всем телом.